Затем, к еще большему ужасу Крайгворма, слово взял Влад.
— Пожалуй, мне следует признаться, — сказал майор Прожогин, — что я и сам испытал нечто подобное, причем совсем недавно. И вот теперь я думаю: а не было ли это ощущение тем же самым, что описала нам Таня?
Часовой браслет лопнул. Но смятение Крайгворма было столь велико, что он даже не заметил, как его любимая драгоценная игрушка соскочила с запястья и со звоном ударилась об пол.
Его клыки дробно застучали, когда из ниоткуда и отовсюду на него уставился зловещий глаз.
Адская боль пронзила сердце огра, словно сильная когтистая лапа принялась медленно-медленно вырывать из его груди еще живое сердце.
— Пощади, повелитель! — успел прокричать Крайгворм. — Пощади!
Влад ходил из угла в угол, вспоминая и обдумывая свою первую встречу с этим таинственным… Наблюдателем — назовем его так… Встреча состоялась во время последней вылазки Влада в мир бесплотных тварей, в погоне за беглым демоном. Разумеется, Влад не мог посвятить остальных в детали того, что тогда произошло. Как-никак, то задание проходило по высшей категории секретности.
Мало что и кто во вселенной может заставить вздрогнуть послушника Церкви Меча. Но Влад отлично помнил, как дрожь пробежала по его телу, когда зловещий голос громоподобно прошептал ему в ухо: «Мы еще встретимся, мягкокожий, мы еще встретимся! И очень скоро!»
В глазах Влада Танины таланты следователя оценивались высшим баллом. Эта женщина была не просто красива; в дополнение к этому она обладала блестящим разумом.
— Ну? — несколько нетерпеливо прервала Таня его мысли. — Может быть, ты все же скажешь нам, что с тобой произошло?
— Он не будет говорить. Он не может, — вступил в разговор Дэвид, в голосе которого Влад с удивлением услышал искреннее сочувствие и понимание. — Дело было секретное, если я все правильно понимаю, — добавил Келлс.
Встретившись глазами с Владом, он переспросил:
— Я угадал?
Секунду они молча смотрели друг на друга. Нет, врагами они быть не перестали, но даже их вражда была какой-то особой, самой высшей пробы. Оба понимали самые сокровенные мысли и чувства друг друга. И для этого вовсе не нужно было объясняться на словах.
Влад улыбнулся.
— Угадал, — произнес он. Обернувшись к Тане, он чуть смущенно спросил:
— Ты не очень рассердишься, если я не буду выдавать сведения, содержащие государственную тайну, и обойдусь лишь самым общим описанием?
Таня засмеялась. Ее смех понравился Владу: низкий, грудной, он шел словно откуда-то из глубины.
— Ну как я могу сердиться на тебя, Влад? — промурлыкала она. — Теперь, когда мы… когда мы наконец пришли к какому-то пониманию… Ну, ты ведь меня понимаешь?
Влад так и разинул рот. Язык словно прилип к гортани. Немалых трудов стоило отодрать его и, заплетаясь, произнести:
— Да, Таня… Я понимаю… Понимание — это самое важное…
К его глубокому разочарованию, Таня отвела взгляд от его глаз и неохотно
— как он хотел надеяться — повернулась к Дэвиду.
— Ну а ты, Дэвид? — спросила она Келлса. — С тобой происходило что-либо подобное? Я имею в виду ощущение, что за тобой наблюдает злая сила.
Дэвид долго думал перед тем, как ответить.
— Может быть… — сказал он. — Вполне возможно… Когда я беседовал с малышом, мне показалось… или же…
Келлс покачал головой, затем пожал плечами и добавил:
— Впрочем, я никогда не отличался особой чувствительностью к сверхъестественному. Вполне мог и пропустить что-нибудь.
Таня вежливо улыбнулась:
— Говоришь, не отличался чувствительностью? Ну-ну… Вот только мне так не показалось, Дэвид.
Дэвид покраснел и даже не заметил этого, позабыв на миг обо всем на свете, кроме себя и Тани.
Выждав некоторое время, Влад демонстративно прокашлялся. В первый момент Дэвид испытал приступ раздражения. С какой стати этот русский лезет в его личную жизнь? Какого черта он встает у него на дороге? Но достаточно было бросить взгляд на лицо Влада, как от ревности не осталось и следа. Келлс понял, что Прожогин поражен и заинтригован загадочным воздействием Тани на двух матерых агентов.
— Вот что, — обратилась к ним обоим Таня Лоусон, — я, кажется, не совсем понимаю, что здесь происходит.
Голос ее прозвучал сдавленно, и, посмотрев на нее, и Дэвид, и Влад заметили, что Таня дрожит. Лицо побледнело, было видно, как она что есть сил борется с чем-то.
— Ну почему бы нам просто… почему бы… ну, вы понимаете… просто не оставить все так, как есть… пока… на время, — почти умоляла она то ли их, то ли саму себя.
— Да-да, конечно, — поспешил успокоить ее Дэвид.
— Я согласен, — столь же торопливо кивнул Влад.
Но, даже произнося эти слова, все трое понимали, что «так, как есть» долго оставаться не сможет.
Дэвиду ситуация представлялась в образе сверхскоростного транспортного средства, движущегося по рельсам. В чреве этого бездушного чудовища сидели они втроем, и машина с мрачным упорством разгонялась все быстрее и быстрее, унося их к неясному, скрытому во тьме пункту назначения, где их ждало неизвестно что…
Наконец Таня сумела взять себя в руки. Поправив прическу и одернув форму, она вновь перешла к обсуждению дела:
— Итак, мы договорились? Все согласны, что это дело требует самого тщательного и всестороннего расследования. Я права?
Влад и Дэвид молча кивнули.
— А значит, перемирие продолжается? Мужчины переглянулись.
— Продолжается, — ответил за обоих Влад.
— Означает ли это, что мы будем проводить эту работу… вместе? — Таня решила все выяснить наверняка, чтобы застраховаться от всякого рода недопониманий. — Иначе говоря, можем ли мы объединить наши силы и действовать сообща?
— Объединить силы — вот самое мудрое решение, — наставительно заметил Дэвид. — Что может быть лучше?
— Нам будет нужно проконсультироваться с начальством, — вставил Влад.
— Само собой, — кивнула Таня. — Я тоже собираюсь связаться со своим боссом. Ох и придется же мне попотеть, объясняя ему все это. Ну да ладно, как-нибудь выкручусь. Раньше всегда удавалось.
Широко улыбнувшись, она громко спросила:
— А пока — мир?
— Да, мир, — сказал Влад.
— Никогда не пробовал этого блюда, — пожал плечами Дэвид. — Да уж ладно: мир так мир.