— Давай про голову мою горемычную не будем, и про магию тоже, нет ее во мне, иначе я давно бы в своем мире нашла мешок с деньгами и жила припеваючи, — посочувствовала я себе. — Ты ищи информацию о битвах богов, какими какашками они друг в друга кидали, а я буду искать о магических проклятиях. Кстати, я тут подумала, а вдруг эту завесу не Иштар создала, а кто-то из ваших, чтобы перекрыть портал, из которого мертвецы вываливались? — оторвалась я от перебирания карточек. — Дворец-то в тишине и покое стоит, целый совсем. И солнышко светит. И на планете вроде не царство ночи. Тьма там, за завесой, которая, возможно, окружает замок. Чтобы понять, что это такое, нужно выяснить ее форму. Если она пронизывает планету насквозь…
Я нарисовала примерную форму тьмы в виде оси-воронки. Получалось, что часть земли, где находился замок, был в эпицентре, а вся остальная планета за нею. И по схеме выходило, что над замком небо было относительно чистое, а всю остальную планету накрыло, хоть и слабо. Народ воздействия явно не чувствовал, но при этом жизни их могли здорово укоротится.
— Тогда она привязана к ядру планеты, — сделала я вывод.
— Ты хочешь сказать, что люди начнут умирать раньше, чем планируют?
— Стопудово. Если эта дрянь мгновенно высосала жизнь у всех, кто попал в нее, то ее слабое воздействие может оказаться таким же смертельным.
— Если она такой формы, — я нарисовала сушку, — значит ее держит что-то в замке. И этот артефакт должен чем-то подпитываться, потому что генерировать такое поле… Что здесь есть такое, что может бесконечно генерировать энергию? Водопад, — ответила я сама себе. — Кстати, вода эту завесу спокойно преодолевает.
— Тогда почему не могут взлететь драконы и убраться в мир иной души? — не согласилась горгулья. — И почему боги нас не видят? Есть еще вариант, что небесный мир и мир подземный, я имею в виду, по ту сторону — ибо материальный мир как бы перекресток между ними, прослойка, подушка, изолента — закоротили напрямую. Замок остался по эту сторону, а вся остальная планета по другую. А завеса — некое поле — генерируется переходом. Поэтому ни боги сюда, ни души туда.
— Тогда я тогда не понимаю, почему работает портал, через который я сюда пришла. И не факт, что отсюда драконы не смогут стартануть. Проверить-то мы не можем.
— Потому что путь в него никто не закрывал, кому он в пылу битвы был нужен, — предположила горгулья. — Кроме того, он соединяет земные миры, и амулет перехода не привязан к вещи, ты сама и есть амулет, — она показала на знак на моем предплечии в виде звезды, которую я всегда считала родимым пятном. — Родители предполагали, что вещь ты можешь потерять, или амулет могут отобрать, или поменяешь место жительства. Они хотели, чтобы ты могла вернуться при любых обстоятельствах. И сейчас портал остается открытым как бы из твоего мира, хотя здесь он привязан к определенному месту. Меня больше интересует, почему там драконы не могут подняться на звезду. Небо-то вроде чистое.
Я пожала плечами.
— Может, крылья у них силу черпают в одном из закрытых небесных или подземных миров? Ну не летят же они со скоростью света прямиком через вакуум миллионы километров. Сдается мне, астрономию я знаю получше, чем вы вместе взятые. Вам с планеты на планету, как на променад сходить, так что астрономия вам, как телеге пятое колесо. Скорее всего, какими-то порталами пользовались, и открывать их могли по желанию. Об этом надо у драконов спрашивать. У вас тут никакой связи с внешним миром, случайно, не было, что-то типа телефона? Не поверю, чтобы, зная о такой связи, вы от нее отказались.
— Была. Только она не работает. Я пробовала позвать на помощь. Правда, есть еще способ, только я воспользоваться им не могу.
— Стеклянное озеро? — догадалась я.
Горгулья кивнула.
Через пару секунд мы бежали в чертог Одина.
— Кого вызывать будем? — я-то тут вообще никого не знаю. — А, главное, как их вызвать на связь? Мы их видим и слышим, а они нет.
— Нужно встать на середину экрана, тогда они увидят отражение и услышат, что им скажешь. Один так со смертными общался, видела пару раз, — лицо горгульи сияло.