Чистокровный оборотень Рей Вульф Аганесс оказался воином. В том мире он не считался магом, но как истинный оборотень он чувствовал магию, мог легко отличить мага от простого смертного, а еще он чувствовал генетическую наследственность, легко определяя кровные связи между расами, и на уровне интуиции определял эмоциональное состояние объекта. А еще он был сильный и выносливый, умеющий обращаться в двух животных — в огромного волка или в медведя, с мимикрирующим, как у хамелеонов, окрасом, становясь невидимым, даже если стоял рядом. Так что для меня он был маг чистой воды.
В четвертый наш поход было решено, кровь из носа, достать именно валькирию-небожительницу.
На одной из гор мы построили капище для призыва богов, но ни один бог на наш призыв не откликнулся. Нас как будто не слышали. Мы и костры жгли, приманив сначала егерей, которые пытались нас оштрафовать за костры в неположенном месте, а потом и вертолет с гвардейцами из МЧС, и заклинания пели, до смерти напугав группу туристов, и отправляли в небо магические послания, вызвав небывалую грозу. Наши послания буквально обрушились нам на голову нетающими градинами из непонятного материала, вызвав в мире небывалый ажиотаж. После той грозы местность кишела туристами, собирающими круглые оплавленные камушки, похожие на хрустальные, светящиеся во тьме. Ученый мир решил, что упал метеорит, расколовшись во время горения. Слава богу, через какое-то время светиться камушки перестали и ажиотаж пошел на спад, местность снова опустела, и мы смогли возобновить тренировки.
Доказательства, подтверждающие предположения горгульи, что этот мир так же закрыт, были добыты опытным путем. Теперь требовалось установить, сможет ли валькирия преодолеть защиту Земли и вернуться в небесную обитель. На тот случай, если не сможет, у нас оставался еще один вариант отправить ее в Асгард: переправить через портал в магический мир, а там уж как-нибудь до Валгаллы доберется. Портал в магический мир решили использовать в крайнем случае, чтобы действие проклятия Терры и Земли не распространилось и на тот мир. Остались без постоянно действующего магического источника, зато на душе у всех стало спокойнее.
В поход за валькирией, Алириан — так я назвала эльфа, укоротив имя втрое, — создал вокруг нас магическую защиту, что дало нам возможность продвинуться в глубь проклятой территории. Этой защиты хватило минут на двадцать, потом она внезапно начала разрушаться, и мы едва успели вернуться. Но улов оказался внушительным: мы наконец-то нашли валькирий — прекрасных дев с белыми ангельскими крыльями, с пышными косами цвета спелой пшеницы, с сияющими голубыми глазами и идеальными чертами лица, с точеными фигурами — 90*55*90, с длинными стройными ногами, в легком облачении шелковых материй и сияющих золотом и серебром кольчужках, прикрывающих интимные места.
В общем, нашим трофеем оказались две куклы Барби.
И когда эти куклы, доставленные в штаб-коттедж, открыли глаза и спустили ноги с кушетки, все мои спутники дружно преклонили колени, опустив глаза в пол. Даже горгулья. Одна я осталась пялится на них с любопытством.
— А тебе что, особое приглашение нужно? — ангельским звенящим голосочком проворковала одна.
— Приказ. Так вернее будет. Не знает девушка этикета, — поправила ее другая. И помахала пальчиком. Я почувствовала, как некая сила пытается меня придавить, но воздействие было не более чем дуновением.
— Обойдетесь, — криво усмехнулась я, вооружившись огненным мечом и оперевшись на него. Пусть не думают, что мы тут лыком шиты. Еще и свой натуральный образ приняла, в который уже научилась переходить самостоятельно. — Вы в курсе, что мы ваши бессмертные задницы, можно сказать, с того света вытащили, и это не мы, а вы нам кланяться должны? — возмутилась я до глубины души.
Девы заинтересованно переглянулись.
— Марика, это ж наша внучатая племянница Мирмира! — обе девы сразу стали растерянными, переглядываясь друг с другом в немом изумлении. — Мы что, проспали все ее детство? Оба-на… ничего не понимаю! И где мы вообще находимся?! — вопросы валькирия задавала себе, и я решила не отвечать, а вдруг эти две блондинки сами догадаются.
— Мириам, я помню только, что нас одна олимпийская стерва вызвала на бой… — та, которую звали Марикой, сжала виски руками, болезненно скривившись. — Наверное, мы выпили слишком много хмеля… Солнышко, — подняла она мультяшно-синие-синие глаза на меня, — может ты объяснишь своим теткам, каким образом наши бессмертные задницы оказались не такими уж бессмертными?