А затем подумала, как же сильно он меня не любил, когда ласкал пальцами и доводил до оргазма.
Чтобы не покраснеть, я уставилась на свой растаявший йогурт. Некоторыми вещами мне не хотелось делиться с мамой. Никогда. Несмотря на сильную любовь и взаимопонимание. Я заставила себя съесть ложку невкусного, раскисшего йогурта.
— Тебе он действительно нравится? — мама знала меня слишком хорошо. Порой это сильно раздражало.
— Ну, да. Да. Я тебе уже говорила…
— Он какой-то особенный. Я знаю. Но не все ли она поначалу такие?
Я подняла на неё глаза.
— А разве они такими не остаются?
Мама заулыбалась, её лицо приняло мечтательное выражение.
— Некоторые остаются. Я, например, твоего отца до сих пор нахожу очень сексуальным.
Я наморщила нос.
— Эй, послушай, я не твоя лучшая подруга. Ты сейчас говоришь о моём отце.
Мама засмеялась.
— Ты спросила.
Я радовалась, что их брак оказался счастливым. Он делал меня счастливой дочерью, чьи родители любили друг друга. Как хорошо, что это так!
— Пошли. Раз шоколад не поднимает тебе настроения, значит, поможет небольшой шоппинг, — мама встала, чтобы выбросить мусор. Я тоже поднялась.
— Ладно. Ты хочешь, чтобы я разорилась.
— Эмм, этот простой способ заставить меня купить тебе туфли перестал работать ещё в восьмом классе.
Я заулыбалась и ласково посмотрела на маму. Потом мы собирали её пакеты и продолжали прогулку.
— Нет, не думаю.
— Не рассказывай об этом папе. Он балдеет от предстоящего путешествия.
Я действительно не хотела, чтобы мама покупала мне какую-нибудь обновку, но приятно знать, что её можно к этому склонить.
— Почему он балдеет?
Мама начала мне что-то рассказывать, но моё внимание привлёк маленький киоск. Я проходила мимо него уже тысячу раз, не удостаивая вниманием. Мне не нужны ни кожаный ремень ручной работы, ни плетёные из кожи браслеты. Но сегодня… сегодня всё было по-другому. В последнее время такое происходило часто.
— Подожди немного, — пробормотала я маме. Она всё ещё говорила и тащила меня в книжный магазин. — Мам, подожди.
— Привет, — поздоровался парень за прилавком. Красавчик, чёрная чёлка в стиле эмо зачёсана на одну сторону, на глазах намёк на подводку. Это уже долгое время не вызывало у меня «бабочек в животе».
Сейчас продавец казался мне слишком юным.
— Привет, — ответила я. — Можно мне это посмотреть?
Я указала на заколку. Кожа в двух местах имела отверстия, сквозь них продет стержень. Совсем не похожа на мои обычные заколки. Я ими не пользовалась. Но в моём мозгу отложилось, что следовало бы ею обзавестись, потому что во время приступов у меня была именно такая.
— Конечно, — одним пальцем он снял заколку с полки и протянул её мне. — Можно сделать индивидуальный вариант.
Я взяла заколку и на мгновение застыла. Парень оглядел меня с головы до ног. Мне понравился этот взгляд. Очень понравился. Так меня не разглядывали с… ну, да, последний раз меня так разглядывали во время моих блужданий в темноте. Я наморщила лоб.
— Мне это не нужно, — я вставила деревянный стержень в отверстия, снова вытащила, пытаясь вспомнить, какая была у меня заколка во время приступа, такая или нет. Тогда я не обратила на неё особого внимания и не помнила, какого она дизайна.
— Вам очень подходит, — голос парня звучал на редкость честно. — У вас очень красивые, густые волосы.
— Спасибо, — сказала я спустя секунду и притронулась к хвосту, который свисал мне на плечи. У меня действительно густые волосы, возможно, даже слишком густые для обычных резинок. Они рвались в самые неподходящие моменты. — Я её беру.
Я заплатила чуть меньше десяти долларов, что для заколки не так уж и мало, но дешевле, чем в других местах. Я сняла резинку, и волосы рассыпались по плечам и лицу. Секунду я наслаждалась их тяжестью, потом собрала и закрепила их новой заколкой на затылке. Повертела головой направо, налево, чтобы почувствовать, как она держала. Нормально.
— Смотрится великолепно, — произнёс парень. — Вы уверены, что не хотите индивидуальный дизайн? Я мог бы изобразить на ней рисунок или ваши инициалы.
— Что ты себе купила? — поинтересовалась мама, вернувшись из книжного магазина. — О, Боже, Эмм! Что это?
— Заколка.
Она рассмеялась.
— Я носила точно такую же, когда познакомилась с твоим папой. Боже мой!
Я улыбнулась.
— На ней было изображено твоё имя?
Мама опять засмеялась.
— Думаю, нет. Если я правильно помню, на ней были цветы. Или листья марихуаны, я уже подзабыла.