И почувствовала, что он сел рядом со мной и обнял.
— Ты ужасно напугала меня, Эмм.
Через полминуты он подскочил и продолжил свою беготню.
— Я вызову врача.
— Нет! — я подняла глаза, Джонни застыл. — Пожалуйста, не надо.
Мужчина осторожно сел, взял мои ладони в свои.
— Эмм…, но я должен. Ты угасла, как пламя свечи. Я тебя потряс, но ты не реагировала. Я назвал тебя по имени. Ничего. Пятнадцать, чертовски длинных, минут, Эмм. Я очень волновался.
Я услышала, как его голос задрожал, и посмотрела ему в глаза.
— Прости. Но, пожалуйста, Джонни, не вызывай врача.
— Но, если что-то есть…
Я покачала головой.
— Я тебе уже рассказывала. Это произошло много лет назад. Лечения не существует. Если ты отправишь меня в больницу, они проведут всевозможные обследования, которые ничего не покажут. Кроме того, мне придётся сдать водительские права. Без них я не смогу работать. Без работы я не смогу позволить себе этот дом. И буду вынуждена опять вернуться к родителям…
— Ну, — сказал он. — Этого делать тебе не придётся.
К глазам подступили слёзы. Я покачала головой.
— Придётся.
— Я буду возить тебя на работу.
Я с трудом проглотила.
— Ты не… Зачем тебе это делать?
— Чтобы ты была в безопасности, — ответил он. — И чтобы другие люди на улице были в безопасности.
— Нет, я имею в виду другое. Зачем тебе брать на себя такие обязательства? Почему ты хочешь мне помочь? У нас было свидание, — я посмотрела на него. — Кроме того, было ещё кое-что, на кухне. А до этого ты со мной почти не разговаривал. Я имею в виду, я думаю, что мы в некоторой степени внесли ясность, почему. Но это не меняет того факта, что у тебя нет причин носиться со мной, как с писаной торбой. Или обещать мне что-нибудь.
— Тебе помочь? — спросил он, убирая чёлку с моих глаз. — Почему я не могу тебе обещать, Эмм?
— Что ты будешь возить меня на работу? — засмеялась я коротким, жёстким смешком и встала. — Это не помощь, это… Почему ты хочешь меня оберегать?
— А разве не стоит?
Я развернулась в его сторону.
— Ты меня почти не знаешь.
Он открыл рот, но ничего не сказал. Потом сглотнул и с болью посмотрел на меня.
— Если ты меня не отпустишь, я позвоню 911 и скажу, что нашёл тебя без сознания. Они пришлют сюда кого-нибудь. Ты можешь пытаться врать, но с твоей историей болезни… ты думаешь, что они до неё не докопаются?
— Ты этого не сделаешь, — у меня перехватило горло, а из глаз полились слёзы.
Джонни смотрел на меня серьёзным взглядом.
— Почему же, сделаю.
— Ты отвратный тип! — заорала я, хоть и знала, что он прав. Слишком далеко всё зашло… Нельзя подвергать себя и других опасности.
— Я знаю, — он высвободил одну руку, подхватил меня под локоть и крепко прижал. — Я знаю. Прости. Но по-другому не получится.
Я позволила заключить меня в объятия и против его воли зарыдала. Джонни успокаивающе гладил меня по волосам, снова и снова, пока я не закрыла глаза и не прижалась к нему.
— Но ты не… — я подавила всякий протест. Почему я должна сопротивляться мужчине, о котором тосковала.
— Просто я этого хочу.
Я благодарно кивнула и потёрлась щекой о его рубашку. Пуговицы царапались. Я высвободилась из его объятий и запрокинула голову, чтобы на него посмотреть.
— Джонни.
— Да, детка?
При этом интимном, ласкательном имени я заморгала.
— Спасибо.
Он улыбнулся, провёл пальцем по моим бровям. Затем обхватил моё лицо обеими руками и поцеловал в лоб.
— Не стоит благодарности. Бог мой, я ведь целый день дома. Что может быть прекраснее, чем изображать шофёра прелестной девочки?
Он снова назвал меня «девочкой», даже слово «прелестная» не помогло. Я посмотрела на него.
— Ты, правда, так считаешь? Маленькая девочка?
Он пригладил мои волосы.
— Разве это не так?
— Я — женщина.
Он рассмеялся.
— А разница-то в чём?
Я облизала, солёные от слёз, губы.
— Пойдём наверх, и я тебе покажу.
Что-то промелькнуло в его взгляде, вспыхнуло на мгновенье и погасло. Взамен раздался напряжённый смешок. Однако Джонни не сказал «нет». Я взяла его руку, положила его ладонь себе на бёдра. Сдвинула её вниз. Но поместить её у себя между ног я не успела, Джонни отдёрнул руку.
— Эмм, нет.
Я наморщила лоб.
— Почему, нет? Недавно в моей кухне это не казалось тебе чем-то особенным.
— Это было… по-другому.
— Почему же? — бросила я ему вызов. — Ты пришёл в мой дом, пришёл в мою кухню и ласкал меня руками. Единственное различие между тогда и сейчас таково, что сегодня у нас было настоящее свидание.