— Есть одно общее: все — воспоминания об отпуске. Так и назову: «Воспоминания о лете».
— Может получиться. — кивнул Виктор. — Кстати, почему я сегодня не видел новых снимков в Инстаграме?
— О нет!
Я потеряла свободу. Может, этот деспот и продолжал заботиться о моем удобстве, старался накормить повкуснее, заставлял делать гимнастику для беременных и следил, чтобы не забывала пить витамины, но во всем, что касалось бизнеса, оставался неумолим. Лениться не получалось. Виктор контролировал любое мое движение:
— Сегодня сделаю!
— Сейчас! Немедленно! Ева. это не шутки. Я привлек людей не для того, чтобы из- за твоей лени все полетело к чертям!
Я смогла только пробурчать о том, что рабство в мире давно отменили. Но в глубине души не могла не признать, что он прав. А еще… что этот деловой мэн мне по душе куда больше его двойника с острова. Даже десяток хастлеров не могли обойти Виктора-бизнесмена по притягательности.
— Вообще, это очень странно, — пропела себе под нос.
Ну в самом деле: в «Раю» обо мне заботились, носили на руках в прямом смысле слова, а здесь только помыкают. Но…
— Наверное, я смазохистка…
Для хороших снимков надо было освободить стол от лишнего хлама. Ну что поделать, если никак не получалось держать рабочее место в порядке? Маркеры, стикеры, записные книжки, вырезки из журналов как-то сами собой заполоняли всю поверхность, оставляя для творчества крохотный пятачок? Когда работать было уже невозможно, я избавлялась от всего, но происходило это не чаще раза в две недели. Похоже, теперь пришло время внеплановой уборки.
Я откинула на диван папку с эскизами. Шнурочки развязались и листы разлетелись по полу.
— Осторожнее, — Виктор подхватил один из них. а потом собрал остальные. — Что это?
Водопад. Цветущий гибискус. Силуэт обнаженного мужчины… А между этими рисунками — эскизы отложенной коллекции.
— Ева… Что это?
— Так, наброски.
— Я вижу. Послушай, ты не тем занимаешься!
Во дает! Я старательно расчищаю стол, чтобы сделать фотографии для соцсетей, а он недоволен!
— Бросай свои заказы. Вот это, — Виктор потряс стопкой листов, — настоящая бомба! В коллекцию «Воспоминания о лете» должны войти вот эти работы, а не тот ширпотреб, который ты производишь.
Вот это было обидно! Ширпотреб! Тут каждый листочек, каждый лепесточек делаешь так, чтобы как живой получился, душу, можно сказать, вкладываешь! А тут…
— Тебе плохо? — заволновался Виктор.
— Нет, мне просто прекрасно! — я отшвырнула маркер, который никак не хотел укладываться в коробку. — Мне просто великолепно!
Виктор спокойно поднял маркер и легко убрал его на место:
— Ты устала. Наверное, стоит сделать перерыв!
— Позволь, я сама буду решать, что мне делать!
Я понимала, что впадаю в истерику. Что нужно немедленно остановиться, иначе наговорю глупостей и гадостей, а потом сама же и буду переживать. Но прекратить не смогла.
Я орала, бросалась обвинениями, даже швырнула в Виктора чем-то, что схватила со стола. Кажется, это была тетрадь для скетчей.
А потом горько рыдала. Казалось, в этом мире нет никого, кто может меня понять, что я одна со своими проблемами, что вместо помощи получила очередную оплеуху от судьбы. И совсем не вслушивалась в тихий голос. Мягкий, теплый, такой как мне нравится.
Мужские руки осторожно гладили по спине и волосам. Казалось, Виктор сам не знает, что предпринять. Но настроение уже поменялось:
— Я не могу отказать заказчицам! — отрезала и спряталась в ванной. Все равно нужно было привести себя в порядок.
Холодная вода остудила голову Было очень стыдно, но и отсиживаться вечно не получится. Тем более что Виктора встревожило мое длительное отсутствие.
— Ева, с тобой все в порядке?
Судя по голосу, он переживал не меньше меня. Стало неловко:
— Уже выхожу.
На кухне уже ждал мятный чай и галеты.
— Боже, я на них уже смотреть не могу!
— Есть йогурт. Хочешь?
Желудок не имел ничего против.
Виктор наблюдал, как я пью прямо из пластиковой бутылочки, но стакан не предлагал. Казалось, он боится слова лишнего сказать.
— Чего молчишь?
— Жду, когда ты совсем успокоишься.
— Уже, — йогурт закончился и я потянулась к холодильнику за добавкой.
— Тогда, может, поговорим как взрослые люди?
Я сама почувствовала, как краснею. Да уж, нечего сказать. Без пяти минуть мама, а веду себя, как капризный ребенок. Устраиваю истерики чужому мужику. С другой стороны, я его не просила контролировать мою жизнь! Позвала переждать трудный период, а он…