– Ух ты, здорово! – сразу же загорелся Лайам.
– Я должен быть в Ирландии не позже пятницы, так что время до завтра у меня еще есть.
– Но я не могу, – сказала Сара, и Флинн почувствовал, как она снова спряталась в свою раковину, хотя – он мог бы поклясться в этом – еще минуту назад была очень рада его видеть. – У меня полно работы из-за сдачи налоговых деклараций. Сейчас я просто физически не могу никуда уехать.
– Лайам, у меня к тебе ответственное задание, – обратился Флинн к сыну. – Поищи среди других вещей серо-зеленую дорожную сумку.
– На колесиках?
– Да. Как только ее увидишь, сразу сигнализируй мне. Справишься?
– Без проблем.
– Только далеко не уходи, – предупредила его Сара. – Мы должны видеть друг друга.
– Сара, я хочу, чтобы ты знала: для меня важно быть с вами вместе, – начал Флинн, как только Лайам немного отошел. – Но банк отказывается предоставить моему брату ссуду. Я должен уладить этот вопрос.
– Я тебя понимаю, но и ты меня пойми, Флинн.
– Что, если я возьму с собой Лайама, а ты приедешь к нам, когда освободишься?
– Нет. И потом, – в ее голосе послышалось нескрываемое раздражение, – разве мы не живем в век компьютерных технологий? Если ты так хочешь быть с нами, почему бы тебе не поговорить с нужными людьми по телефону? В конце концов, есть еще факс и электронная почта.
Флинн развел руки в стороны.
– Представитель банка почему-то настаивает на личной встрече. Я сам не знаю, в чем причина этого.
Сара молчала, поджав губы.
– Помнишь, шесть лет назад ты рассказывала мне, какой период в твоей жизни был самым тяжелым? – неожиданно спросил Флинн, понизив голос.
В аэропорту было шумно, но Сара его услышала. В горле снова встал ком, поэтому, не сумев выдавить из себя ни слова, она просто кивнула.
– Ты говорила, что тебе никогда не было так тяжело, как после смерти твоего отца. Ты показала мне ранчо, на котором выросла. Дерево, на котором висели качели, сделанные отцом.
Даже сейчас Сара ощутила ничем не восполнимую горечь потери. На память сразу пришли счастливые дни детства. Вот отец сажает ее на качели, толкает их, и она летит по воздуху, а они оба смеются как сумасшедшие. А вот она, сгибаясь от тяжести, несет гвозди и молоток чинящему ограду отцу и просто лопается от гордости, когда он говорит ей, что «она – самая лучшая девочка в мире»…
– Помню, и что? – тихо произнесла Сара.
– А то, что я хочу, чтобы у нас с Лайамом было так же, хочу, чтобы у него были такие же счастливые воспоминания. Почему ты отказываешь нашему сыну в такой малости?
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Поздно размышлять, правильно ли она поступила, раз самолет уже приземляется в Ирландии, сказала себе Сара и вздохнула. Хорошо еще, что за Сидом согласилась присмотреть Селия, которая, узнав о том, где Сара собирается провести некоторое время, буквально онемела.
Лайам почти весь полет проспал и теперь сыпал вопросами со скоростью пулеметной очереди. Флинн, не менее уставший, чем Сара, старался ответить на большую их часть. Он до сих пор не мог поверить, что Сара все-таки согласилась поехать с ним. Конечно, тот эмоциональный шантаж, к которому он прибег, его совсем не красит, но ведь Сара не знает, как отчаянно он в них нуждается.
Флинн понимал, что ее вновь возникшее желание сохранять дистанцию между ними вызвано недоверием. Да и как она может ему довериться, если он только и делает, что подводит ее? Этого отчуждения могло бы и не быть, не дай ей Флинн усомниться в себе шесть лет назад, но он позволил этому случиться и сейчас пожинает горькие плоды. Потребуется время, чтобы она снова оттаяла. Флинн лишь надеялся, что больше не возникнет никаких непредвиденных обстоятельств, иначе это никогда не произойдет.
Четыре недели без Сары открыли ему глаза: он любит ее. Возможно, это чувство вспыхнуло в нем еще в их первую встречу, но Флинн не прислушался к своему сердцу. Второй подобной ошибки он не допустит.
Флинн бросил взгляд на Лайама и невольно улыбнулся. По крайней мере, один человек совершенно счастлив. Когда Лайам узнал, что они все вместе едут в замок, его восторгу не было предела. Конечно, настоящий замок вряд ли окажется похож на тот, который могло нарисовать себе живое воображение мальчика, но у Флинна не было сомнений, что разочарован он не будет.
В отношении Сары подобной уверенности у него не было. Едва ли ее впечатлят сырые комнаты, да и сам замок, не лишенный, правда, мрачной торжественности.
Непрекращающийся дождь тоже не добавит ей хорошего настроения.
Пока они ждали рейс на Корк, Лайам энергично вертел головой по сторонам и болтал без умолку. Сара односложно ему поддакивала, но Лайам этого как будто не замечал.