Не было ни дня, чтобы Лена не вспоминала о Грише. По вечерам, уткнувшись в подушку, она тихо, чтобы не слышал муж, плакала об утерянной любви. Девушка была уверена, что такого, как Калетник, ей больше не найти. Хотя она его все еще не переставала ждать. Не теряя надежды, Лена несколько раз звонила Гульнаре в Фергану, затем в Харьков, куда Диму перевели служить. Но ничего нового они сообщить ей не смогли. Да и она о своих изменениях не стала говорить. Беременность, замужество – все это она держала в себе. Оставив телефон родителей, Лена просила, если появятся новости, ей позвонить.
Быстро, словно ворвавшись, в город пришло лето.
Ночью Лену разбудила слабая ноющая боль внизу живота. В следующий момент заболела спина. Поднявшись, молодая женщина попробовала пройтись. К удивлению, боль действительно прошла. Опустившись на кровать, Лена начала гладить живот. Что это? Может, ложные схватки? Ведь сегодня только пятнадцатое июня. По подсчетам врача, родить она должна двадцатого числа. Выключив ночник, девушка легла на бок. Медленно, стараясь успокоиться, она погрузилась в сон. Неожиданно ее снова разбудила боль. Встав с кровати, Лена начала ходить по комнате. Приказав себе не волноваться, начала глубоко дышать. Положив руки на поясницу, наклонилась вперед и посмотрела на пол. Именно в этот момент девушка поняла, что сегодня будет рожать. Живот опустился настолько, что она не видела своих ног. В подтверждение этих предположений она снова почувствовала боль. Испуганный Палладин не отходил от нее ни на шаг. Глядя на жену, он был уверен, что она родит здесь и прямо сейчас! Посоветовавшись с родителями, Владимир отвез Лену в роддом.
К счастью, Оксана Михайловна была уже на работе. Осмотрев будущую маму, она ласково погладила ее по голове.
– Так, – задумчиво насупив брови, резюмировала Оксана Михайловна. – У нас все хорошо. Схватки через каждые семь минут. Открытие на четыре сантиметра. Думаю, что рожать будешь часов через пять-семь. А пока, девочка, хорошо отдохни. И, пожалуйста, ни о чем не переживай! Мужу твоему я сейчас все расскажу.
Поддерживая обеими руками живот, Лена суетливо поднялась.
– Спасибо, – вежливо ответила молодая женщина и пытливо посмотрела в глаза врача. – А вы будете со мной?
– Конечно! – мило улыбнувшись, ответила Оксана Михайловна и поправила на переносице очки. – Пока ты не родишь, я никуда не уйду!
Проводив Лену в отдельную палату, врач вышла в коридор. Нервно накручивая круги, Палладин не находил себе места. От переживаний его бледное лицо стало похожим на светофор. Ярко-красное, оно в буквальном смысле горело! Смахнув с лица пот, Владимир быстро подошел к Оксане Михайловне. Привыкшая к подобным аудиенциям, врач терпеливо рассказала ему о том, что происходит с его женой. Сказала, что до родов еще далеко. Немного успокоив будущего папашу, женщина посоветовала ему идти на работу.
– Обещаю, когда начнутся роды, я вам сразу же позвоню, – заверила она.
Несколько часов Лена терпела боль. Сначала слабая, ноющая, со временем она стала сильнее, а схватки все более частыми. Переворачиваясь с боку на бок, девушка не находила себе места. Опустив ноги, Лена поднялась. Ни лежать, ни ходить, ни сидеть она уже не могла. Она просто не знала, куда себя деть. Облокотившись на подоконник, молодая женщина скривилась от боли. Зажав кулаки, она с силой ухватилась за спинку кровати и застонала. Сосредоточившись, постаралась правильно, как учила Оксана Михайловна, дышать. На счет «четыре» она вдыхала через нос и очень медленно, на счет «шесть» выдыхала через рот. В следующее мгновение ей стало немного легче. Вымученная, Лена упала на кровать.
Нет, она не боялась рожать. То, что будет больно и как себя надо вести, она знала наизусть. Но то, что это будет ТАК больно, она даже не могла предположить. Через несколько минут ее снова пронзила боль. Поднявшись, Лена быстро, словно старалась убежать от боли, начала ходить по палате. Неожиданно она захотела в туалет. «Наверное, потуги начались», – подумала она. Но боль снова прошла. Опустив руки, девушка облегченно вздохнула и погладила живот.
– Солнышко мое, пожалуйста, не вредничай! Если бы ты знало, как мне больно! Но я все равно больше всего на свете тебя люблю! Я так жду встречи с тобой! – со слезами на глазах проговорила она, обращаясь к ребенку.