– Нет, – оторопела Саша, – но рецепт можно в ресторане спросить.
– Точно! – воскликнула Северцева. – Спасибо! Самые очевидные вещи мне в голову как-то не приходят!
Наталья Владимировна никогда не уходила с работы рано, чем иногда сильно раздражала подчиненных. Северцева знала, что ее ухода ждут, чтобы принять позу «вольно». «Это – служба. Поэтому, если ты не можешь провести смену в рабочем состоянии, тебе надо увольняться», – думала она, проверяя подчиненных. Сама Наталья Владимировна, казалось, не уставала никогда. И дел у нее дома не было, из-за которых надо уйти раньше. И неизвестно, в какое время суток она делала прическу и маникюр. В отельный салон не ходила, считая это неэтичным, а покидала рабочее место тогда, когда все парикмахеры и маникюрши спали. Что же должно было произойти, чтобы Северцева ушла с работы в три часа дня?
– Любовник, – предположил коридорный паж второго этажа.
Ему позволялось говорить глупости – он был новенький.
– Здоровье, – сказала дежурная администратор, – вон какие события в отеле происходили.
– Кран в квартире потек, – сошлись во мнении носильщики.
Никто из них не угадал. Северцева мчалась на рынок. Да, на самый обычный, который находился на расстоянии двух остановок метро. Наталья Владимировна спешила купить утку. Полдня она провела сегодня на кухне ресторана в обществе шеф-повара. Тщательно записывала, расспрашивала, уточняла. Она, не приготовившая за свою жизнь ни одного серьезного блюда, вдруг решилась вникнуть в технологию приготовления самого популярного китайского деликатеса.
– Тут все очень просто. Главное – не пересушить! – «успокоил» ее шеф.
И теперь Наталья Владимировна, оставив отель на попечение своих подчиненных, шла вдоль рядов рынка.
– Мне нужна утка. Не очень жирная, не очень тощая, – обратилась она к продавщице битой птицы.
– А они все отличные. Вам для чего?
– По-пекински. Знаете такое блюдо?
– Тоже мне! Знаю, только с обычной запеченной в духовке уткой никакая ваша пекинская не сравнится.
– Это как? – удивилась Северцева.
– Господи, хозяйка, да вы что? – удивилась продавщица. – Рассказываю. Покупаете у меня утку. Приходите домой. Моете. Сушите полотенцем. Натираете перцем, солью, любой сухой зеленью. Какая есть, такую и берите.
– Никакой нет, – сказала Северцева.
– Понятно, – кивнула продавщица, – я вам дам. Бесплатно.
– Зачем же, я и купить могу, – обиделась Северцева.
– Я же сказала – бесплатно, – с нажимом произнесла продавщица и продолжила: – Как только вы утку натерли всем этим, заворачиваете ее в тряпочку. Чистую, плотную. Хлопковую. Завернули и оставляйте часа на четыре в тепле. Не в жаре, а в тепле. Чтобы она пропиталась всеми травами.
– А потом?
– А потом в духовку. Часа на два. Не забывайте поливать жирком. Он вытапливаться будет. А как только уточка потемнеет, кожица румяной станет, накройте ее чем-нибудь и еще минут пять-десять запекайте. Потом сразу из духовки доставайте.
– И все? – Северцева не впечатлилась – уж очень был прост рецепт. А ей хотелось чего-нибудь необыкновенного.
– Ну если хотите – яблоками обложите, гречкой нафаршируйте. Очень хорошо. Главное, красиво. Это будет не ваша утка с мармеладом.
Северцева задумалась – утки у тетки были огромные, внушающие доверие. «Может, и в самом деле так сделать?» – подумала она и ткнула пальцем в крайнюю утку:
– Вот эту взвесьте.
Это был, пожалуй, первый домашний вечер, когда Северцева не вспомнила об Антошине и его уходе. Более того, она вдруг ощутила поразительно сладкую свободу пустого дома. Она с удовольствием отметила, что ей не придется морщиться при виде мужниных брюк, брошенных на кресло. Не надо ворчать: «Я же успеваю после завтрака посуду в мойку поставить, а почему тебе это сложно?!» Пустая квартира вдруг открыла ей глаза на то, что в отсутствии другого человека можно быть снисходительной к себе. Не держать марку, не идти на поводу у своих застарелых принципов.
Северцева еще у входа бросила свое пальто и, не снимая туфли, прошла в кухню. Там она шмякнула утку в раковину, сполоснула руки и тут же налила себе бокал вина. «Для храбрости необходимо, – подумала Северцева, – вон какая эта утка огромная. Боюсь, не справлюсь!»
Продавщица не обманула – утка оказалась великолепной. Даже Северцева, полный кулинарный дилетант, отметила плотность мяса, свежий дух и ровно то количество жира, которое сделает птицу сочной. Все рекомендации Наталья Владимировна выполнила тщательно – вот только позволила себе плеснуть внутрь тушки стакан вина. «Хуже не будет!» – подумала она, выливая остатки из бутылки в свой бокал.