– Куда-нибудь на окраину.
– Я не хочу на окраину. И мы не поедем туда! – сказала Наташа.
Что она предприняла, все узнали намного позже. Ее поступок был настолько смелым и неожиданным, что Антошин тогда вдруг понял, что совладать с характером жены не в состоянии.
Схватки у Наташи начались поздно вечером.
– Сережа! – позвала она мужа.
– А? – спросил тот, не отрываясь от компьютера. Это была новая игрушка, которую он приволок в дом и от которой почти не отходил.
– Вызывай «Скорую»!
– Как? Уже? – обрадовался Антошин. – Слава богу! А то я думал, ты у меня слониха и будешь в декрете полтора года.
– Перестань, хватай пакет и одевайся.
– Наоборот, оденусь, а потом схвачу пакет!
– Господи, да не шути ты!
На их голоса прибежала тетя Полина.
– Так, очень хорошо, – спокойно произнесла она.
– Да что хорошего?! – возмутилась Наташа. – Сергей еще не готов.
– А ты не переживай, у тебя время есть. Думаю, что вам лучше ехать на своей машине. Пока будете «Скорую» ждать, Наташа родит.
– Я согласен, – бодро откликнулся Антошин.
– Мне все равно, быстрей бы…
– Все будет как положено. – С этими словами тетя Полина перекрестила их и выпустила из квартиры.
В роддом они примчались быстро, а когда Наташа вошла в приемный покой, то выяснилось, что схватки прекратились. Во всяком случае, ей так показалось.
– Доктор, а я ничего не чувствую, понимаете? Не болит ничего. Может, я рано приехала? Так же бывает, если срок большой…
– Сейчас посмотрим, – сказал доктор, которому ужасно надоели умничающие роженицы, – знаете, что главное для будущей матери?
– Что? – преданно посмотрела на него Наташа, готовая выполнить что угодно.
– Как можно больше молчать. Ну в крайнем случае покрикивать во время схваток. А вот разговаривать – ни-ни.
Наташа прыснула от смеха. Врач уже мыл руки и отдавал приказание сестрам.
– Отдельно положить! Медсестру к ней. Тонус пропал, – услышала Наташа, и в ее душе поселился страх. Она столько всего прочитала о родах, что запросто могла сдать теорию по этому вопросу. «Нет тонуса – это плохо, очень плохо. Этот ребенок может не родиться», – подумала она. «Господи, помоги мне! Такой кошмар!» – запричитала про себя Наташа. А вокруг нее суетились люди. Доктор был опытным, всю опасность положения оценил сразу. Именно поэтому была вызвана еще одна бригада медиков, именно поэтому от Наташи не отходила медсестра.
– Все плохо, да? – робко спросила ее Северцева.
– Нормально, только не надо переживать. У нас примета такая – ничего не говорить, пока не родится ребенок.
– Ну он же родится?
– Спрашиваете?! Конечно, куда ж ему деться теперь?! Раскормили, понимаешь! – подошла акушерка.
– Что вы, я совсем мало, даже недостаточно. И никогда… – зачастила Наташа.
– Вот сколько раз говорили – не лопайте столько! – не слушала ее акушерка. – Ешьте только полезное, витамины, рыбу, мясо, не надо соль есть! От соли что бывает?!
– Не знаю, – растерялась Наташа, – не знаю, что от соли бывает.
– Как не знаешь, тебе что, врач не говорил, сама не читала? – все так же возмущенно спрашивала акушерка.
Наташа ее не видела, только слышала голос и понимала, что вокруг как-то подозрительно суетятся.
– Не читала, – раздраженно ответила она, совершенно потерявшись. Она понимала, что что-то идет не так. Что неспроста столько людей рядом с ней. И схваток не было, и поясница почти не болела, только немного подташнивало. Хотя, может, это только казалось – от страха, от неизвестности.
– Плохо, что не читала! Что вам еще девять месяцев делать, как не читать… – бубнила акушерка, – так, мы сейчас переляжем на каталочку и поедем к доктору.
– А зачем к доктору? – испугалась Наташа.
– Думаешь, у него время к вам ко всем ходить? Он занят, он на работе, – отвечала акушерка, помогая Наташе перелечь на каталку.
– А я думала, что я здесь рожать буду.
– Здесь, конечно, а где ж еще! Не на улице же!
Наташа замолчала. Ей так хотелось определенного ясного ответа, а ей явно морочили голову, то ли не удостаивая серьезностью, то ли не желая пугать. «Хорошо, я буду молчать!» – решила она про себя, и тут ее вкатили в родовой блок.
– О, как, уже? А что так рано! Я еще чай не выпил, – раздалось тут. Доктор, нахмурившись, посмотрел на Наташу и вдруг подмигнул: – Трусишь?
– Нет, хочу понять, что это все значит! – совершенно спокойно произнесла она. – Я не дура. Понятно, что проблемы. Только для меня лучше, чтобы мне все честно сказали.
– А что сказать-то, – удивился доктор, – и говорить нечего. Рожать пора, а мы тебе немного поможем. Вот только укольчик сделаем…