– Я не верю, не верю тебе! Ты с ней так и не поговорил, – зло говорила Саша, но тут же переходила на шепот: – Подожди, ты порвешь блузку, ты порвешь…
Антошин путался в хитрой женской одежде, но шаг за шагом продвигался к намеченной цели. Сопротивления уже почти не было, были только шепчущие губы, закрытые глаза и руки, которые обняли его, прижали к себе…
– Интересно, кто производит такие удобные офисные диваны? – спросил чуть позже Антошин, не выпуская из своих объятий Сашу.
– Какая разница. Главное, что вовремя подвернулся под руку, – сказала она.
– И как мы с тобой без этого жили? Я дурак круглый со своими принципами, да? – Антошин наконец пошевелился, лег на спину и закинул руки за голову.
– Я даже не знаю. И потом, какая теперь разница? – ответила Саша, удобно устроившись на его плече. Они лежали на узком диване почти голые. Только большой цветной палантин слегка прикрывал их тела – это стеснительная Саша воспользовалась им, как покрывалом.
– Я обещаю тебе, я все сделаю. Только немного времени дай мне? – Антошин повернулся к ней и поцеловал в щеку.
– Хорошо, я сегодня, наверное, была не права.
Антошин приподнялся на локте, оглядел полуобнаженную фигуру Саши и улыбнулся:
– Ты была совершенно права.
Они замолчали. Так неожиданно они перешли ту границу, которую так сами тщательно охраняли. И которая была для них чем-то принципиально важным и существенным. Сейчас каждый из них пытался осмыслить произошедшее.
– Простите, мне сказали, что вы здесь…
Мужской голос раздался внезапно, еще более внезапно хлопнула дверь и на пороге кабинета появился Тед Карон. Саша неосторожно попыталась вскочить, но Антошин удержал ее на диване под палантином.
– О, простите, я не хотел… – проговорил изумленный Карон, растерявшись от увиденного.
– Ничего страшного, – спокойно ответил Антошин, – но сейчас у нас перерыв.
Глава 6
Тед Карон вернулся в лобби и попытался сделать равнодушный вид. На самом же деле в его голове мелькали схемы и комбинации. Карон, еще не оправившись от смущения, пытался понять, как можно использовать то, что он сейчас увидел. «Начальника службы безопасности понять можно – она приятная. Но это отличный рычаг, надо только понять, как им лучше воспользоваться. Этот начальник безопасности вроде нормальный, но секс в отеле, между сотрудниками… Нарушение этики… Ну и так далее, – думал Тед, – хотя да, она хороша. Правда, и жена тоже ничего, но…» Вот тут Карон вдруг вспомнил свою жену, Аннабель Роуз и незнакомку, которая ему снилась уже вторую ночь. А то, что снилась именно она, он сейчас не сомневался. Тед даже убедил себя, что запах глициний, который вроде ему приснился, – это не аромат его дома, сада, это духи, которыми пользуется девушка. «Ну, конечно, при чем тут дом! Это же ее духи. Я точно ощутил их, когда она прошла мимо!» После этой фразы, сказанной самому себе, он был совершенно уверен, что снится ему эта черноглазая девушка.
Около пяти часов Карон спустился в лобби. Он занял уже другое место, суеверно подумав, что диван у окна несчастливый. Он опять провел целый вечер, опять поужинал. И только когда пробило двенадцать часов, собрался идти к себе. Тед Карон был настойчивым, пробивным человеком. И очередная неудача пробудила в нем только желание добиться своего. «В конце концов, должно же у нее быть имя. И его точно знают здесь, в службе приема гостей. Да, они не имеют права давать какую-либо информацию о гостях, но и я не просто так здесь!» – сказал себе Тед, идя к лифту. Но как бы он себя ни уговаривал, как бы ни надеялся на удачу, настроение было скверным. Одиночество, которое он никогда и нигде не испытывал, взяло его в кольцо. Ни шум холла, ни люди, которые уже приветствовали его, ни звонок из дома – ничего не избавляло его от него.
– Скажите, вы уже были в Большом театре?
Тед оглянулся – к нему обращалась худая крепкая старушка. Ее немалый возраст был на ней написан, словно цифры на двери квартиры. Но при этом выглядела она весьма бодро. Тед уже встречал ее и теперь просто не поддержать разговор было неприлично.
– Да, бывал, но не в этот приезд.
– Шикарно, вам не кажется?! – восторженно воскликнула собеседница. Карон только сейчас обратил внимание, что старушка в длинном золотистом платье, в ушах у нее большие серьги, в руках театральная сумочка.
– Вы только оттуда? – вежливо спросил он.
– Да! Великолепно! Какие голоса! Какой зал! Какое шампанское!
Как ни был расстроен сегодня Карон, он не мог не улыбнуться. Такая жажда жизни, такая молодость в эмоциях.
– Вы давно здесь? – спросил он.