- Нравится? – чувствую мужские руки на своей талии и животе и бархатный голос любимого. Я киваю, заворожено смотрю на красоту. – Этот маленький остров действительно когда-то был необитаемый. И когда мама родила меня, отец держа меня на руках сказал ей: « Ты подарила мне весь мир. Взамен я хочу подарить тебе маленький кусочек рая.» И подарил ей этот остров.
- Очень романтично, - всхлипываю я, представляю эту картину в своей голове. – Твой папа очень сильно любит маму.
- Да, это правда. Я всегда мечтал о такой большой любви, как у моих родителей. Они были и есть моими кумирами. И сейчас, когда у меня появилась ты, я оказался так близко к своей мечте. Надеюсь для наших детей также, как и для меня мои родители, мы станем примером для подражания. – растроганная его словами я не могу сдержать слез, которые бегут по моим щекам. Я хочу того же что и он. Большой, чистой и светлой любви. Полный дом детского смеха. Счастья и гармонии во всем. Уважения наших будущих детей.
- Я уверена, что так и будет. Ты будешь потрясающим и самым лучшим отцом для наших детей. – разворачиваюсь в его руках и говорю ему. Он с любовью смотрит на меня и наклоняясь нежно целует. Этот поцелуй не похож на наши прежние голодные и страстные. Нет, в него мы вложили все чувства, что испытываем к друг другу. Я чувствую, что чувствует он. Дышу тем, чем дышит он. Люблю его также, как любит меня он. Мы идеальные половинки одного целого.
- Я люблю тебя, моя Зефирка. – отрываясь от меня шепчет он.
- Я люблю тебя, мой Волк. – шепчу в ответ, теряясь в его синих глазах.
- Твои родители знают, что мы здесь? – спрашиваю, когда мы подходим к дому, который вблизи кажется ещё красивее. Мы поднимаемся по высокой белой деревянной лестнице, Алан достаёт ключ из кармана шорт, говоря:
- Отец знает.
- А мама? – открывает дверь, пропуская меня вперёд. – Ох, - вылетает восторженные вздох, когда я вижу все это великолепие. У меня просто не слов. Здесь так красиво, светло и уютно. Открытая планировка кухни совмещенная с гостиной, из которой открывается потрясающий вид на океан. Я выхожу на открытую террасу, заворожённо смотря на эту волшебную красоту.
- А мама также, как и сестра не умеет держать язык за зубами. И обязательно бы проболталась тебе. А я хотел сделать сюрприз. – прижимается к моей спине и утыкается в мою макушку, шепча: - У меня получилось?
- Ага, это потрясающее место. Здесь так спокойно и уютно. Завтра ты меня отсюда не увезешь. – смеясь говорю я, смотря как солнце склоняется к закату. - Совсем скоро станет темно, а мы даже не успели искупаться.
- А что тебя останавливает прямо сейчас? – шепчет, прикусываю ушко.
- Ты серьёзно? – поворачиваюсь и смотрю на него удивлённо, на что он только кивает. – Но у меня даже нет купальника.
Он смотрит на меня с чертятами к глазах и шевеля бровями, говорит:
- Сладкая, здесь никого нет. Только мы. – смотрю на него широко открыв рот, понимая куда он клонит.
- Ты хочешь сказать, что мы будем купаться голышом? – шепчу я, словно нас может кто-то услышать. Он посмеивается надо мной и подхватывает на руки, заставляя меня взвизгнуть, спускается к океану. Я хихикаю ему в грудь, чувствуя себя невероятно живой и счастливой. И источник этого счастья сейчас несёт меня на руках, шепча на ушко грязные словечки, о том что хочет со мной сделать голенькой в океане.
Около часа мы словно дети резвились, ныряли, брызгались водой в друг друга. Нам было плевать, как мы выглядели со стороны. Для нас не существовало никаких запретов. Два нудиста которые потеряли счёт времени и наслаждались собой. Для нас существовал только этот кусочек нашего собственного рая.
- Думаю пора закругляться. – через какое-то время говорит Алан, вытаскиваю меня сопротивляющуюся, словно ребёнка из воды. Я не хочу расставаться с океаном, упираюсь пятками в песок под водой, на что Алан закатывает глаза и берет меня на руки. – Детка, твоя бледная кожа вся покраснела. Если ты останешься под солнцем ещё хоть на минуты, то вся сгоришь.
Смотрю на свои руки и вижу что он прав, моя кожа порозовела и я скоро превращусь в красный помидор. Но признаваться ему в этом я не собираюсь, отворачиваюсь от него и с тоской смотрю на океан.