Мама дёргается от моего вопроса, словно от пощечины и переводит свой паникующий взгляд на бабушку. Она будто молча спрашивает у той, знаю ли я всю историю их знакомства с моим отцом, на что бабушка кивает.
Я беру её лицо в ладони, заставляя перевести свой расстроенный и немного стыдливый взгляд на себя. Смотрю ей прямо в глаза, которые наполняются слезами и произношу со всей серьезностью:
- Мама, этот мужчина был сумасшедшим, жестоким и неадекватным человеком. Здесь нет твоей вины, ты жертва в этой ситуации. Впрочем, как и я. Это же он похитил меня тогда и держал, словно животное в клетке для своих эгоистичных и больных желаний и прихотей. – она ахает от моих последних слов и слезы свободным потоком бегут по её лицу.
- Он что-то сделал с тобой? – хрипит она, желая узнать не изнасиловал ли он и меня.
- Нет, мамочка, я нужна была ему для другой цели. Но мы сейчас не об этом. Дело в том, что этот человек, мой биологический отец, не просто человек. Он оборотень. Наполовину человек, наполовину волк. А я полукровка. Ты понимаешь меня? – я говорю каждое слово медленно с расстановкой, надеясь что она поймёт и примит меня. Иначе я не смогу жизнь со знанием, что собственная мать призирает и ненавидит меня также, как и весь наш вид.
Мама долго молчит, не отводя своих заплаканных красных глаз от меня. Я понимаю её состояние, я сама была шокирована и немного напугана, когда узнала про оборотней. Не верила, пока Алан не обернулся в большого чёрного волка. Точно! Почему я сразу об этом не подумала? Мне нужно предстать перед ней в форме волчицы.
Встаю и выхожу в центр комнаты, где есть необходимое пространство. Начинаю снимать с себя сначала джемпер, затем брюки.
- Девочка, что ты делаешь? – мама наконец приходит в себя, что несомненно меня радует, и взволнованно и немного смущённо смотрит на меня, переводя взгляд на абсолютно спокойного Алана. Он сидит как ни в чем не бывало, прекрасно понимая, что я собираюсь сделать. Но даже в такой напряжённой обстановке, я вижу как темнеют его глаза и увеличиваются зрачки, от созерцания моего полуобнаженного тело. Он не исправим!
Сняв последнюю вещь своего гардероба и представ полностью обнажённой перед ними, я закрываю глаза и даю волю своей девочке. Она тявкает внутри меня, выражая свое довольство, и вырывается на свободу. Уже множество раз мы с Алан вместе выпускали своих зверей на волю и я уже почти привыкла и нашла общий язык со своей второй сущностью. Она готова была во всем слушаться меня, лишь бы побегать и порезвиться со своей парой. И почти всегда их развлечения, заканчивались одинаково. Они так сильно увлеклись, что порой мы с Аланом, после того как приходили в себя, ещё долго не могли понять где мы находимся.
А сейчас она открывает глаза и настороженно и пристально всех рассматривает. Сколько бы раз я не выпускала её наружу, она все равно с опаской относится к окружающим. Увидев знакомое лицо своей пары, она семенит к нему и получает нежное поглаживание и ласковый шёпот над ушком:
- Моя красавица! – довольно вильнув хвостиком, она смотрит на двух других женщин и осторожно подходит в более взрослой. Утыкается ей в раскрытую ладонь и чувствует невероятное единение родственных душ. Словно облако из умиротворение и спокойствия окружило её со всех сторон. Такое тёплое и родное чувство. Ей очень понравилась эта женщина и за это она лизнула ту в ладонь, получая в ответ хриплый и немного нервный смешок.
Поворачивает голову в сторону неестественно бледной и притихшей женщины, которая выглядит моложе предыдущей. Крадётся к той и замерев буквально в шаге от неё, принюхивается и не почувствовав опасности, подходит к ней почти вплотную. Та настороженно наблюдает за ней, не шевелясь и не издавая не звука. Если бы не движение грудной клетки и не звук быстро бьющегося сердца, она подумала бы что эта женщина мертва. Сердце волчицы дрогнуло только от одной мысли об этом. Жалобное скуление и завывание послышалось из её груди, и она положила морду на колени женщины, ища поддержки и заботы от неё.