Я отпускаю её волосы и даю знак рукой Марку, чтобы уводил её. Мне нужно успокоиться и усмирить своего волка, которого только сильнее заводит её запах и кровь.
Марк также берет её за шкирку, но она цепляется в мою ногу и плача, кричит:
- Я не хотела… Я не знаю, что на меня нашло…. Прошу, Алан, прости, пощади, я уеду, ты никогда меня больше не увидишь… - но в моем сердце нет пощады, поэтому я сбрасываю с себя её руки и сажусь обратно в кресло, отворачиваясь к окну, не желая больше смотреть и слушать эту пустышку. Как я мог когда-то трахать это безобразие? Неужели мне нравились такие искусственные, тупые и горластые бабы? Боже, меня сейчас стошнит. Мне стыдно и противно от самого себя.
- Любимый? – слышу тихий голосок своей малышки и чувствую маленькие пальчики которые гладят мои напряжённые плечи. Я так погрузился в свои мысли, что даже не заметил, как она вошла. – Что-то случилось? Я почувствовала твоё нервное состояние и пришла проверить, все-ли с тобой в порядке. – шепчет она, продолжая массировать мои мышцы, покрываю поцелуями шею. Черт, как же я по ней соскучился. Лейла запретила Лане заниматься сексом и любые ласки сексуального характера на целую неделю. Для нас это была пытка, спать вместе, касаться и целовать друг друга , но не иметь сил продолжить и насладиться в полной мере нашими телами, удовлетворить тоску и похоть которая копилась очень долго.
- Сладкая, не дразни. – хриплю, чувствуя как больно упирается в молнию джинсов твёрдая плоть. Я хочу её очень сильно для того, чтобы играть в эти игры и неспешные ласки. Но эта хулиганка будто специально дразнит и заводит меня ещё сильнее, прикусывает свою метку и ведёт коготками по моей груди, задевая соски.
- Знаешь, где я была сегодня утром? – шепчет она, продолжая ласкать мою шею. Я мычу и мотаю головой, полностью погрузившись в её чувственный гипноз. Она завораживает своими нежными прикосновениями, погружает в транс своим тихим голосом и неспешными поцелуями. – У Лейлы на осмотре. И знаешь, что она сказала? – я опять мотаю головой, полностью сосредоточившись на его руке, которая ползёт вниз по моей груди, животу и останавливается в считанные дюймах от моего полыхающего и возбуждённого члена. Она гладит голую кожу возле пояса джинсов, заставляя меня задержать дыхание, в ожидание чего-то большего. Ловкие пальчики быстро справляются в ремнем и пуговицей, и накрываю мою плоть ладошкой, вырывая из моей груди стон вперемешку с шипением, шепчет, прикусываю мочку уха: - Она сняла запрет… - но я уже не слушаю её, прекрасно понимая к чему все идёт. Разворачиваюсь и подхватываю её под попку, чем заставляя её ойкнуть, сажаю на столу. Набрасываюсь на её рот голодными поцелуями, посасывая и покусываю её губы и язык. Она стонет, отвечая мне тем же, и разрывает на мне футболку.
Святое дерьмо, кажется у неё полностью слетели тормоза и закончилось терпение, впрочем как и у меня. Я также в ответ разрываю на ней красное домашнее платье, оставляя её в одном бюстгальтере и трусиках. Большие груди полные молока так и манят прикоснуться к ним, что я и делаю. Опускаю бретельки вместе с чашечками лифа, выпуская наружу мягкие полушария, которые тут же ложатся в мои ладони. Лана выбирается от моих прикосновений, издавая полустон, полукрик, крепко цепляясь за мои плечи.
- Господи, Алан.
Я вижу, как вытекает молоко из её опухших сосков и не давая упасть ни капли, ловлю их языком.
- Черт, детка, как давно я об этом мечтал, смотря как ты кормишь наших детей. – хриплю ей в грудь, вылизывая сочные полушария. – Где, кстати, они?
- У твоих родителей. – стонет, подставляю свое тело под мои голодные губы. Я сосу и лижу её соски, не в силах насладиться её вкусом. Она пахнет чертовски приятно, кормящей матерью, нашими малышами и своим сладким ароматом. Не могу надышаться и напиться ей, хочет потеряться и забыться в этой сладости.
Чувствую, как маленькая ладошка охватывает мой твёрдый ствол, крепко сжимая головку. Эти действия выводят меня из сладкого дурмана и отвлекают от её груди. Она начинает водит по всей длине, заставляя меня забыть, как дышать. Воздух покидает мои лёгкие, когда я чувствую как большим пальцем она растирает выходящую из головки жидкость и подносит пальчик к своему рту, начиная его сосать, смотря на меня сквозь полуприкрытые веки. О боже, мои яйца поджимаются от этого зрелища и из члена вытекает все больше семени. Я готов кончить, смотря, как она пробует меня на вкус, постанывая и закрывая глаза от наслаждения.