Замираю глубоко в ней, смотрю малышке в лицо, пытаясь уловить признаки боли, и, твою мать, вижу слезу катящуюся от уголка глаз к виску. Испугавшись, что до сих пор делаю ей больно, пытаюсь выскользнуть из неё и шепчу, поцелуями покрывая её лицо:
-Прости меня, моя Зефирка, я не думал, что будет так больно. Не плачь, пожалуйста, не разрывай моё сердце, - но она сильнее прижимается, обхватывая меня ногами и руками, не давая мне отстраниться и выйти из неё, и машет головой, - Отпусти, сладкая, дай я выйду и закончу твои мучения. – вижу, как эмоции одна за другой меняются на её лице, не могу уловить не одной, кроме конечной – испуг.
- Нет! – кричит она, крепче цепляясь за меня, : - Мне уже не больно. Боль была секундная и уже прошла. Не уходи, прошу тебя! Давай продолжим на чем остановились. – шепчет она мне прямо в губы и впивается страстным поцелуем. Сначала отвечаю ей на поцелуй, оставаясь глубоко в ней и не двигаясь, но потом отрываюсь и ещё раз спрашиваю:
- Ты уверена, малышка?
Она кивает и произносит:
- Алан, прекрати говорить, двигайся пожалуйста.
Потихоньку выхожу из неё, следя за каждой эмоций на её лице, если уловлю хоть малейший признак боли, сразу прекращу этот процесс, несмотря на её слова. Но пока делаю два неглубоких толчка, не замечаю ничего кроме удовольствия и наслаждения.
Фух, слава богу, не могу больше сдерживаться, яйца сейчас разорвутся от боли. Наращиваю темп, покрывая поцелуями её шею. Ванильная девочка, точно сведёт меня с ума своим вкусом и запахом. Никогда ничего не пробовал вкуснее.
Она начинает двигаться ко мне навстречу, царапая плечи ногтями. Да, моя маленькая, пометь меня!
- Смотри на меня, девочка, хочу видеть твои большие красивые глазки, когда ты будешь кончать, - рычу я. Она послушно поднимает глаза и стонет:
- Алан, я сейчас…
- Нет, мы кончим вместе, - прерываю её и начинаю двигаться с бешеной скоростью. Тесные стеночки её киски начинают пульсировать, крепко сжимая меня. Она словно пытается выдоить из меня все соки, – Терпи! Ты не кончишь без меня. Черт, Малышка, какая ты потрясающая. И вся моя!– хрипло рычу и волк в восторге повторяет последние слова.
Она мечется на постели, пытаюсь сдержать свой оргазм. Киска начинает пульсировать, узкие стеночки пытаются меня вытолкать из своего жара. Поэтому не желаю мучить ни себя, ни её, задаю решающий вопрос:
- Кому ты принадлежишь? – она стонет и выгибается, пытаясь совладать со своим телом и наслаждением, но проигрывает этот бой. С каждым моим толком мы сильнее тонет в водовороте этих чувств, уже не в силах сдержаться.
- Тебе. Я твоя, Алан. Пожалуйста, - всхлипывает малышка и её сотрясает мелкая дрожь. От её слов я теряю голову, чувствую набухание яиц, покалывание в позвоночнике и кричу:
- Кончай, сладкая! – и слышу оглушительный крик освобождения девушки. Делаю два последний толка, изливаюсь в неё и кусаю во впадинку между плечом и шеей. Пускаю специальный фермент, содержащийся в моих клыках, в её кровь, который покажет всем самцам, что самка занята, и зализываю ранку.
В ушах звенит, тело сотрясает мелкая дрожь, дыхание вырывается маленькими выходами. Что сейчас было? Земля сошла со своей оси? Никогда я ещё не ощущал ничего подобного. Мне кажется я откусил кусочек рая.
Смотрю вниз на свою пару и вижу её в подобном же состоянии. Белые волосы прилипли к мокрому лицу, взгляд расфокусированный и лёгкая блаженная улыбка на губах.
- Ты меня укусил? – сонно спрашивает и нежно гладит уголок моих губ. Наверно, там осталась её кровь. С опаской смотрю на неё, не зная чего ожидать, я ведь не рассказывал ей о процессе спаривания. А вдруг она обидится или разозлиться. Осторожно киваю и вижу счастливую улыбку и хриплое:
- Хорошо. Давай пожалуйста спать, я так устала. – слизывает кровь с моих губ и пытается выползти из под меня. Осторожно выхожу из неё, вижу как она морщится и говорю:
- Лежи отдыхай, я сейчас приду, - иду в ванну, мочу тряпку и возвращаюсь обратно. Лана лежит на боку, положив ладошки под щёчку и мирно посапывает. За что мне достался этот белокурый ангел? На моей огромной кровати она кажется совсем хрупкой, маленькой и такой беззащитной. Мне хочется орать во все горло, что эта женщина моя. Я её единственный и последний мужчина в жизни, больше никого не было и не будет. Хоть я итак уверен, после её криков вся стая знает, чья эта женщина. Усмехаюсь, интересно, а малышка понимает, насколько громко она кричит во время оргазма? Уверен, если бы понимала, то начала сдерживать себя и смущаясь, прятать свои красивые глазки от окружающих. А мне этого не надо, поэтому молчу. Да и нравиться мне её громкость во время секса, в обычное время из неё слов не вытянешь, так что пусть кричит сколько душе угодно. Лишь бы голос не сорвала.