До прихода женщины с ужином остаётся минут пятнадцать, я точно не успеваю связать простыни и спуститься вниз. У меня ещё была слабость в теле, голова жутко болела и конечности ощущались вялыми. Так что я решаю не привлекать лишнего внимания и сходить в душ, может буду лучше себя чувствовать.
В итоге подхожу к кровати, беру предложенную одежду, не голышом же бегать по лесу, и иду в ванную. Ванная комната была сделана в черно-белых тонах, в углу с правой стороны стояла душевая кабина, с левой большая ванна-джакузи, посередине туалет и раковина. Быстренько раздеваюсь и шагаю в душ, решая, что так быстрее и некогда мне сейчас расслабляться в ванной, не та ситуация. На полочках стояли всевозможные мужские средства для ухода, так и знала, что хозяин комнаты мужчина. Я схватила первый попавший гель для душа, закрутила волосы в пучек и начала намыливаться.
Пока моюсь размышляю, как мама могла связаться с таким человеком? Всегда жизнерадостная, с улыбкой на лице, лучик солнца и с этим хамом и мужланом. От него веет опасностью, с таким человек не то что разговаривать страшно, на него смотреть опасно. Теперь я начинаю понимать, почему она так боялась и тряслась только об одном упоминании о нем.
Мои размышления прерывает стук в дверь и голос всё той же женщины:
- Я принесла Ваш ужин.
- Через 2 минуты выйду, - отвечаю ей, стараясь придать голосу максимальной непринуждённости.
Быстро смываю пену и вытираюсь полотенцем, лежащим на полке над ванной. Хватаю принесенную одежду и начинаю одеваться. Трусики и лифчик оставляю свои, не хватало ещё ходить в чужом нижнем белье. А вот остальную одежду приходится надеть чужую: чёрные спортивные легенсы, белая майка и серая тёплая толстовка, обуви у меня не было. Чувствую себя уже лучше, слабость прошла, руки ноги чувствую, только головная боль осталась.
Выхожу из ванной комнаты и обнаруживаю на кровати поднос с едой. Женщины видно не было. Стою и думаю, стоит ли есть принесенную еду, вдруг туда что-то помешали, но громкое урчание моего желудка решило за меня. Да и силы мне понадобятся. На поднос лежали жареное мясо, отварной картофель, небольшая тарелочка с салатом и стакан апельсинового сока. До этого я даже не понимала, как голодна. Сажусь на кровать и начинаю кушать. Всё было очень вкусно, наверно готовила эта полненькая женщина. Даже не скажешь, что я пленница. Обслуживают, как в хорошем ресторане.
Убираю пустой поднос на тумбочку и приступаю к вязанию верёвки из простыней. Ежесекундно оглядываясь на дверь и прислушиваюсь к любым звукам, боясь что в любой момент может кто-нибудь зайти и тогда надежды на спасение не будет. Через минут 10 верёвка готова, привязываю один конец к ножке кровати, а второй скидываю с окна.
Меня всю потряхивает, боюсь быть замеченной и пойманной. И ещё ноги были босые, хорошо хоть на улице ранняя осень и температура плюсовая. Подхожу к окну, смотрю вниз и ничего не вижу, кроме кромешной темноты. Но делать нечего или рискнуть и спуститься, или остаться на милость сумасшедшего.
Перелезаю через подоконник и хватаю верёвку, руки трясутся - боюсь упасть, но страх быть пойманной был сильнее. Перекрещиваюсь, соскальзываю с окна и висну на простыне. Господи, как страшно. Чувствую себя каким-то вором, который тайком пробирается в чужой дом. Руки начинают гореть от усилий, что я прикладываю, чтобы не упасть, поэтому не медля больше ни секунды, начинаю перебирать руками и ногами, и тут слышу голоса на улице. Испугавшись и всего на секунду выпустив из рук простынь, падаю на твёрдую землю. Боль простреливает моё бедро, но времени себя жалеть нет, голоса становятся ближе. Поднимаюсь на ноги и прихрамывая, бегу в темноту, различная лишь стволы деревьев.
На улице темнота, перемещаюсь чуть ли не на ощупь. Нога болит нестерпимо, больно даже наступать, но я упорно бегу вперёд. Не знаю сколько проходит времени с моего побега, наверно минут тридцать, мою пропажу скорее всего уже обнаружили. Скоро погоняться за мной, а у меня уже силы на исходе. В лёгких не хватает воздуха, перед глазами всё расплывается и ужасно болит нога. Я уже не могу бежать и иду, волоча за собой ногу, опираясь на стволы деревьев, как вдруг слышу вой. Черт, волки, только не это. Они же сожрут меня заживо. Испугавшись, начинаю озираться по сторонам и не заметив, наступаю больной ногой в яму.