Единственное на что я был способен, выкупить детский центр, в котором работала моя малышка. Точнее не я, а моё доверенное лицо. Старую директрису уволили. Оказывается не было у неё никакого спонсора, она любит молоденьких неопытный мальчиков, которых самих ещё надо спонсировать. Женщине досталось большое наследство от умершего отца. И вместо того чтобы вложить его в детский цент, она тратит его на себя и своих мальчиков. И в итоге у меня есть центр, но нет моей пары.
Всем очень легко говорить и судить меня, но они не знают, что твориться у меня внутри. Они не знаю, что я не выпускал своего волка на волю со дня похищения, потому что боюсь потерять те человеческие чувства и эмоции, что ещё остались во мне. Он каждый день становиться всё злее и агрессивнее. И когда я почувствую, что он захватывает контроль над телом, то навсегда покину стаю и уйду подальше от людей.
Никто не знает, что сейчас переживают мама и бабушка Ланы. Поначалу я держал в тайне от них исчезновение Ланы. Говорил, что она заболела и плохо себя чувствует. Думал, что мы быстро найдём её и не придётся волновать родных девушки. Но по пришествию трех недель, мне пришлось съездить к ним в гости и всё рассказать. Мне пришлось рассказать Саре про прошлое похищение Ланы, и только потом я начал говорить о настоящем. Под конец моей речи ей делали успокоительный укол, после которого она заснула. Сейчас Сара напоминает живого мертвеца, впрочем как и я. Я стараюсь заезжать к ним в гости, они ждут от меня новостей, но их нет. У меня такое ощущение, что это я подвёл этих женщин и не смог защитить их дочь, за что постоянно прошу прощения, но они говорят, что я не должен отвечать за поступки этого больного и сумасшедшего человека, Маркуса.
Но больше всего меня волнует сама Лана. В какой обстановке и обстоятельствах её держит Маркус? Я боясь даже представить, что этот подонок мог сделать с ней. Я прекрасно знаю, с какой целью он похитил её и меня бросает в дрожь только от одной мысли об этом. Я не хочу представлять этого, но стоит мне закрыть глаза и я вижу, как какой-то здоровый мужик издевается и силой берет мою крошку, а она кричит и плачет от бессилия и боли. И каждый раз моё сердце обливается кровью и колет тысячью иголками. Мой нежный и маленький котенок не выдержит такого обращения. Если мы и вытащим её оттуда, то не думаю, что она будет той же наивной девочкой, которой туда попала.
Почувствовав нежные прикосновения на своих плечах, открываю глаза и вижу маму, которая успела проскользнуть мимо меня, пока я ушёл глубоко внутрь себя.
- Мальчик мой, прекрати всё держать в себе, - шепчет она мне на ухо, массируя мои окаменевшие мышцы на плечах. – Поговори со мной, я вижу, как тебе плохо. Я чувствую, твоё душевное состояние. Мы все очень сильно переживаем за малышку Лану, но ты словно потерялся с тех пор, как её украли. Я не узнаю своего сына. Где всё всегда контролирующий мужчина, который никогда не сдаётся и идёт к своей цели до конца? Куда подевался мой заботливый, всегда всех опекающий сын? – мамина ласка и нежный шёпот, надрывают внутри меня ту часть, о существовании которой я и не знал. Я сглатываю, пытаясь держать свои эмоции под контролем, но последующие слова мамы полностью оголяют мои чувства и эмоции: - Я боюсь потерять своего сына. Не поступай так со мной, - и я не выдерживаю, разворачиваюсь в кресле, обнимаю её и уткнувшись ей в грудь, начинаю рыдать, как маленький мальчик и выплескивать на неё все свои страхи и переживания:
- Мам, я так боюсь за Лану. Что там с ней делают? Она очень нежная и хрупкая, её так легко сломать. Ужасные мысли и картинки лезут в мою голову, мама - она гладит меня по голове и молча слушает, а я всё говорю и говорю: - А что если она была беременна мои ребёнком? Что они сделали с ним? – высказал свой главный страх за собственное дитя. Ведь я прекрасно помню, что у неё была овуляция, когда мы занимались сексом. Есть огромная вероятность, что моя пара беременна и эти твари уже избавились малыша. Господи, как же больно об этом думать. Мама плачет вместе со мной, чувствую как трясётся её грудная клетка и как тёплые капли падают на мою макушку. – Где справедливость в этом мире, мама? Чем моя малышка заслужила такое наказание? Она ещё совсем ребёнок. Даже если мы вытащим её из лап этого чудовища, она не будет больше прежней наивной и невинной девушкой, которая смеялась чистым и звонким смехом, когда танцевала со своим учениками. Которая радовалась простой белочке на ветке и которая краснела от….. – чувствую укол в шею и стальные объятия мамы, которая вцепилась в меня мёртвой хваткой, пытаясь удержать. Медленно поворачиваю голову и вижу Адама со шприцом в руке, а за его спиной стоит плачет Николь и хмуриться отец. Почувствовав, как немеет моё тело, смотрю на Адама и спрашиваю вялым голосом: - Зачем ты это сделал, брат? – веки закрываются, голова становится тяжёлая и опускается обратно на грудь матери. Последнее, что я слышу перед тем, как отрубиться: