- Лана, - слышу до боли знакомый и желанный голос. Видимо я не заметила, как заснула. Боясь пошевелиться и развеять этот мираж, лежу свернувшись калачиком спиной к двери и слеза скатывается по моей щеке. Только во снах я позволяю себе выплакать всю накопившуюся горечь, переживания и боль. – Зефирка, - хриплым голос зовёт меня и я не выдерживаю, оборачиваюсь.
Неделей ранее. Алан
Почти две недели я провел в коматозном состояние. Лишь изредка приходил в себя, лежа в своей комнате, подсоединенный к капельнице, которая поставляла в мой организм успокоительное и снотворное. Как сквозь вакуум я слышал голоса родных, чувствовал нежные прикосновения матери. Она часто плакала, держа меня за руку и молила Бога, чтобы он вернул мою пару.
Мне нравилось моё состояние, здесь я ничего не чувствовал, кроме пустоты внутри себя. Огромная дыра была у меня в душе и сердце. Даже своего волка я перестал чувствовать и слышать. Он полностью ушёл в себя и, как и я, не подавал признаков жизни. Но в одно прекрасное утро я услышал, то, что заставило меня и его прийти в себя.
- Вчера со мной связался Марк и сказал, что напал на след Маркуса, - я резко открываю глаза, продолжая слушать разговор отца и брата, который проходит за дверью моей комнаты. – Два дня назад ему пришел конверт, в котором было письмо с названием страны и города, в котором держат Лану. Не знаю, кто и зачем его прислал, но Марк поехал туда и сегодня сообщил, что нашёл Маркуса в каком-то отеле. Он занял выжидающую позицию и наблюдает за ним. Рано или поздно этот ублюдок поедет к нашей девочке и мы найдём её. Только Алану не стоит пока об этом знать. Он не может сейчас здраво мыслить и наделает глупостей, побежав убивать Маркуса. Как только будет известно точное расположение Ланы, мы ему сообщим.
Впервые за долгое время мой волк оскалился и зарычал, выражая своё несогласие с отцом. Ему хотелось бежать к этому бездушному шакалу Маркуса и разозваться ему глотку, чтобы он захлебнулся собственной кровью. Перед глазами предстала эта кровавая картина, и волк зарычал: «Убить, разорвать, обезглавить». Мне требуются все силы моего изнеможённого организма, чтобы сдержать его обращение. Отец был прав говоря про моё нестабильное состояние.
Я сажусь, вытаскиваю капельницу из руки и в этот момент открывается дверь и заходит Адам, везя перед собой отца. Они в шоке замирают на пороге, вероятнее всего не ожидая увидеть меня в бодрствующем состояние. Конечно, я бы тоже был удивлён, после такого количества снотворного, увидеть человека в сознание. Первым в себя приходит отец:
- Сын, зачем ты поднялся? Калеб забыл поставить тебе новую капельницу?
Я не обращаю на них внимание и собрав все силы в кулак, пытаюсь встать с кровати, но ноги не держат меня и я резко падаю, но меня успевает подхватить брат и матерясь, возвращает обратно на кровать.
- Черт, брат, ты слишком слаб для таких резких движений.
Меня и моего волка бесят его слова и моё беспомощное состояние. Поэтому не успев подумать, выпускаю мощную волну альфа силы и рычу на него:
- Ты не забыл, с кем ты разговариваешь? – он прогибаться в спине и начинает опускаться на колени, жалобно поскуливая. Перед глазами встаёт красная пелена, волк рычит, желая пролить чью-нибудь кровь. Каждая мышца в моем организме напряжена, как натянутая пружина, которая в любой момент может лопнуть и случится взрыв. Пульс сильными и ритмичными ударами отбивает ритм в моих висках. Боясь даже представить, что бы случилось с братом, если бы не вмешался отец.
- Алан! – рычит отец, выпуская своего альфу. Это приводит меня в чувства и я вижу Адама лежащего на полу. Он тяжело дыша, поднимается на ноги и, вытирая кровь из носа, смотрит на меня глазами полными муки и предательства. Я в шоке от своего поведения. Как я мог так унизить и растоптать своего брата? Неужели я смог применить свою силу против родного и близкого человека? Что со мной происходит?
- Адам, - глазами молю о прощение, но брат лишь мотает головой и выходит, громко хлопнув дверью. Мне стыдно поднять глаза на отца, боясь увидеть в его глазах тот же взгляд, что и у брата.
- Алан, - начинает он, но я мотаю головой и сквозь зубы, говорю:
- Папа, пожалуйста, не надо. Я не знаю, что на меня нашло, - Сглатываю вязкую слюну и поднимаю на него взгляд, - Я обязательно поговорю с Адамом, он поймёт и простит меня. А теперь расскажи мне про Маркуса.