Поэтому не долго думая, я бросаюсь на белого волка и валю того на спину, придавив лапами к полу. Он дёргается, пытается выбраться, но я впиваюсь когтями в его предплечья и рычу прямо в его кровавую морду.
- « Не жди, что я убью тебя быстро. Ты будешь умирать медленной и мучительной смертью. Ты захлебнешься собственной кровью», - когтем делаю сквозной надрез в области шеи, задев сонную артерию и смотрю, как оттуда вытекает алая кровь. Он смотрит на меня глазами полными дикого страха и ужаса. Не проходит и минуты, как он начинает издавать булькающие звуки и его тело слабеет.
Я отпускаю его умирающую тушу и прошу волка передать мне контроль над телом. Он уступает, прекрасно понимая, что перед нашей парой должен предстать я, иначе она может испугаться. Ещё неизвестно в каком состоянии она находится.
- Алан, иди найди свою пару. Я разберусь здесь, - говорит Марк, кладя мне руку на плечо. Я согласно киваю и выхожу из комнаты, прихватывая полотенце из ванной комнаты. Мои тело покрыто кровью, боюсь в таком виде моя девочка меня не узнает.
Не найдя её на втором этаже, спускаюсь вниз и вижу два мёртвых тела стражников. Один находится в человеческом обличии, а другой в волчьем, у обоих перегрызены горла. Зная Марка, он не моргнув глазом, убил этих бедолаг. Он настоящая машина для убийств.
Обходя первый этаж, слышу чьи-то всхлипы и идя на этот звук, нахожу на кухне девушку, которая сидит на полу, привязанная к батарее и тихо всхлипывает. По запаху понимаю, что она оборотень. Увидев меня, она забивается в угол и умоляюще шепчет:
- Не убивайте меня. Я не виновата. Он шантажировал меня. Он заставил меня. – её всю трясёт от страха. Не знаю, что она имеет ввиду, да и знать сейчас этого не желаю. Единственное моё желание – это побыстрей найти Лану.
- Где Маркус держит девушку? – спрашиваю у неё. Рычащие нотки в моем голосе ещё сильнее пугают девушку и она заикаясь, шепчет:
- В подвале.
Найдя лестницу спускающуюся вниз, бегу и с каждым шагом я чувствую аромат своей девочки. Волк поскуливает от нетерпения, желая поскорее добраться до нее. А я не останавливаясь бегу лишь на её запах, который приводит меня к железной решётке. Не знаю, что я ожидал увидеть, но точно не это.
Словно в тюрьме за решёткой на грязном полу на матрасе, свернувшись в клубочек, лежит мой ангел. На секунду у меня замирает сердце от щемящей тоски и жалости. Всё эти два месяца она провела здесь? Её словно животное держали за решёткой? Подхожу ближе и сквозь ком в горле, хриплю:
- Лана, – она молчит и у меня сердце уходит в пятки от страха. Я слышу её слабое дыхание, но больше никаких признаков жизни она не подаёт. Поэтому не медля больше ни секунды, подхожу к решётке и зову её уже громче: - Зефирка!?
И вот она медленно поворачивается и смотрит на меня своими впалыми большими глазами, которые кажутся ещё больше на этот исхудавшем и почти сером лице. В них выражается такая мука и безмерная усталость, что мне становится больно в груди. Я вздрагиваю от этих безжизненных глаз. Мне кажется до конца жизни будет сниться этот взгляд. Мы смотрит на друг друга целую вечность, лишь только её слезы приводят меня в действие и я выбиваю дверь.
- Любимая, - осторожно опускаюсь на колени возле неё, боясь сделать резкие движения. Она сейчас напоминает испуганное и неприрученное животное, которое никогда не видело людей. – Это я. Не бойся меня. Ты меня узнаешь?
Она смотрит на меня пустым взглядом, а слезы все продолжают течь у неё из глаз. Замечаю, какой у неё нездоровый цвет кожи и как сильно она похудела. Я почти не узнаю свою пару. Она словно превратилась в мумию с пустыми и безжизненными глазами, потрескавшейся и сухой кожей, которую натянули острые косточки на скулах. Боже, как же больно на неё смотреть. Моя бедная малышка.
Тишина давит на меня, я боюсь прикоснуться к ней и не знаю, что делать дальше. Но она сама словно очнувшись от транса, разлепляет пересохшие и потрескавшиеся губы и хрипит:
- Алан? – и тянет ко мне худую, костлявую ручку. Я не раздумывая берусь за неё, которая оказывается просто ледяной. – Это не сон?
Я мотаю головой, не могу говорить из-за кома в горле. Прижимаю её ладонь к своим губам и покрываю маленькими поцелуями. Она пахнет все также своим неповторимым запахом ванили. Моя девочка, моя малышка, что же они с тобой сделали?