— Здравствуйте! — произнесла она с удивлением, не понимая, что от неё хотят.
— Тебе что повторить? Это наша точка! Проваливай отсюда!
— Ах, вот в чём дело! — Элен приподнялась с маленького раскладного стула, на котором сидела, — Ну, во-первых, здесь не написано, что это место ваше. Во-вторых, насколько я вижу, вам я уж точно не конкурент. И, в-третьих, измените тон!
— Что ты сейчас сказала? — произнёс один из них и подступился к ней совсем близко.
— Отойдите, иначе я закричу!
— Ну что ж, давай! Можешь начинать!
Эта толпа не посмотрела на то, что она девушка, и очень избила её. Кроме того, они сломали этюдник. Безразличные толпы, словно не замечали, что происходит на расстоянии вытянутой руки. Они были, словно слепы. Элен сначала просила их остановиться, но потом боль пронзила её по всему телу, лицу, рукам, голове. Слёзы, покатились по щекам, прямо на землю. Через какое-то время, когда Элен вовсе перестала шевелиться, они ушли. Со словами напоследок: «В следующий раз изобьём до смерти!»
Когда они отошли, Элен ещё какое-то время лежала на одном месте неподвижно. Прохожие не обращали на неё никакого внимания, ибо сочли её за пьяную или бомжа.
Глубокая ночь всё больше опускалась на город. Наконец-то какой-то мужской голос обратился к ней:
— Эй, ты жива?
Элен с трудом приподнялась и увидела перед собой совершенно незнакомого мужчину. Он был одет в джинсы и парусиновую рубаху, глаза были тёмно-зелёные, а волосы русые.
— Тебе помощь нужна? У тебя кровь. Хочешь, я доведу тебя до аптеки и накормлю, если голодная? — продолжил он.
— Считаешь меня бомжом? — с трудом и ухмылкой спросила она, опираясь одним локтем на землю.
— Ну знаешь ли, не всегда люди становятся бездомными из-за собственной ошибки. Иногда это случается по причинам, совершенно независимым от них. И я всегда стараюсь помочь таким людям, ибо они, в первую очередь, тоже люди.
— Надо же, как мудро… Помоги мне встать, раз такой благородный!
Он помог ей встать на ноги. После чего спросил:
— Так ты голодная?
— Слушай, хочешь мне помочь, отвези меня домой!
— Ко мне, ты имеешь в виду? — немного торопясь, ответил он.
— Я не бездомная, а безработная! И дом у меня есть! Меня толпа прохожих избила за то, что я здесь на их месте села и пыталась рисовать портреты людям!
— Ой! Может в полицию? — слегка напугано ответил мужчина.
— Обойдусь без неё! Так ты подвезёшь? Или твоё благородство только для бездомных?
— Пошли, конечно, отвезу.
Они поймали такси и направились по адресу, где жила Элен.
— Как тебя зовут?
— Тебе какая разница? — гордо сказала она.
— И всё же? Меня Вивьен!
— Что ж, Вивьен, ты мне лучше номер карты дай, я тебе завтра сброшу за такси.
— Да нет, не нужно…
— Ну, как хочешь, а вот мы и приехали.
— Ты живёшь в парке?
— Я живу здесь недалеко, но знаешь, не хочу, чтобы ты узнал мой адрес. Так что спасибо, дальше я сама!
— Но тебе же тяжело идти.
— Пока! — сказала она и с трудом вышла из машины.
Придя домой, она стала звонить в дверь, ведь, как выяснилось, ключи выпали. Её открыл Поль и от вида жены ужаснулся:
— Элен!
— Я ключи где-то потеряла… — сказал она и вошла в квартиру.
— Что случилось? Давай в полицию? Элен?
— Меня избили некие латиноамериканцы под Эйфелевой башней за то, что я сидела там и предлагала людям услуги уличного портретиста.
— Что ты делала? — напугано переспросил её муж.
— Поль, я работала, как могла… Я хочу обработать ссадины, в душ и спать.
— Значит так, больше никаких фокусов. Работы она захотела! Может, ещё посудомойкой или дворником пойдёшь? — недовольно произнёс он.
— А ты знаешь, жизнь заставит пойду! Ты не переживай, на кусок хлеба и бокал вина я себе заработаю.
— Элен, ты дура! Что ты делаешь? Что ты и кому пытаешься доказать? А главное — зачем?
— Я в ванную и спать! Доброй ночи, Поль!
В ванной комнате она очень долго стояла под горячим душем. И всё это время думала: а что делать дальше? Но ответа пока так и не нашла.