— В своем, в своем. Пока. И вы должны нам помочь не утратить его, дорогая.
Дина уставилась на них с недоумением. Старушки же меж тем так и кружились вокруг.
— Вам надо сегодня же представиться бургомистру, госпожа Дина. Правда, в таком наряде это будет неуместно, но мы заранее договорились с местной портнихой. Она сейчас подойдет и подберет вам что-нибудь подходящее на первое время.
— Что значит, заранее? Вы что, знали, когда я тут появлюсь?
Старушки быстро и воровато переглянулись.
— Так это вы все затеяли? Это ваша вакансия?
Ответить они не успели — дверь отворилась, и вошла моложавая женщина с причудливым головным убором, похожим на длинную раковину.
— Ах, какая вы молоденькая и стройненькая! — тут же всплеснула она руками, предварительно поставив на пол плетеный короб.
Вскоре Дину облачили в голубое платье с корсажем и пышной юбкой. Вдобавок Малиса (так звали портниху) оставила ей пару юбок попроще на каждый день, несколько блузок и суконный жакет.
— Вот тут в коробе еще чепец для сна и ночная сорочка. Я запишу товар на ваш счет, отдадите в конце месяца, когда лавка начнет работать.
Малиса еще раз одобрительно осмотрела Дину и скрылась.
— Вы красавица! — воскликнули старушки. — Идемте, мы отведем вас к бургомистру.
— Зачем?
— Как же! Вам надо представиться, получить от него разрешение открыть лавку. О, не беспокойтесь, это простая формальность.
Дина вздохнула. Что ж, назвался груздем… Она покачала бедрами, посмотрела, как колышется подол юбки у щиколоток.
— Да, обувь у вас не совсем подходящая, в такой по лесу долго не походишь.
На ногах у девушки красовались офисные лодочки, надетые для собеседования.
— Зачем в лесу? — переспросила она.
— Как зачем? Вам же придется собирать цветы и всякие травы, смолу… У Старой Ежи было много клиентов, и для каждого она подбирала свой уникальный аромат.
Дина, конечно, знала теорию изготовления эфирных масел, но именно что теорию. Ей придется заниматься переработкой цветов в масло? Ох!
Старушки подбежали с двух сторон — видимо, решили, что она сейчас грохнется в обморок, но нет, они просто заглянули ей в глаза.
— Дорогая, не волнуйтесь, у госпожи Ежины была специальная книга, куда она записывала свои рецепты и состав духов. Она обещала оставить ее новой хозяйке. К тому же, как вы могли заметить, на полках еще много непроданного товара. Это поможет вам встать на ноги.
— Кстати, — вклинилась вторая, — вы не посмотрите, нет ли среди остатков духов «Ночной полет»? Наших любимых…
— Мы заплатим.
Дина подошла к полкам. Там действительно стояли флакончики темного стекла, изредка синего или темно-зеленого.
— О, вот они! — одна из старушек ткнула пальцем в длинный флакон с серебряной крышечкой.
Дина сняла его с полки, но не спешила отдавать старушкам.
— И все же, скажите: это вы все затеяли, да? Вы подавали ту заявку на вакансию администратора парфюмерной лавки? Признавайтесь, иначе не получите флакон.
Старушки скорбно кивнули.
— О, дорогая, но мы все объясним!
— Да и так все понятно. Эта ваша Ежа сбежала от вас, и вы решили найти ей замену. Только ничего у вас не вышло — никакая я не ведьма. Ясно?
— Хорошо, хорошо, не ведьма, так не ведьма, — покорно согласились они. — А сейчас давайте сходим к бургомистру?
***
Дом бургомистра, большой, с колоннами, стоял на городской площади. Встретили их вполне радушно. Невысокий, не худой и не толстый, не лысый, но и не волосатый — такой, в принципе, средний на вид мужчина, если бы не маленькие глазки-буравчики, которые так и скользили по Дине все время их разговора. Звали его Сидран, и он полчаса расточал комплименты. Потом открыл сейф, вытащил оттуда мешочек, в котором что-то позвякивало.
— Госпожа Ежина дала мне это на хранение, — пояснил он, протягивая Дине мешочек. — Тут двадцать мильтов, пересчитайте, пожалуйста.
Он развязал шнурок и высыпал на стол кучку блестящих монет.
— Это что, золото? — поразилась Дина.
— Конечно! Двадцать мильтов.
Дина взяла в руки монету. На одной стороне было изображено раскидистое дерево, на другой — профиль какого-то человека с орлиным носом и волнистыми волосами до плеч. Голову его украшала корона.
— Король Мильтон, — Сидран даже прижал руку к сердцу. — Самый лучший король в мире!
Говорил он явно на публику, и Дина даже обернулась — нет ли здесь еще кого, перед кем Сидран так рьяно показывает свой патриотизм. Бургомистр увидел ее недоумение и быстро приложил палец к губам.