Тьма отступила, но ее место занял леденящий страх. Арон, казавшийся воплощением власти и справедливости, оказался жестоким тираном, способным на самые чудовищные поступки. Она знала, что ей уготована участь еще страшнее смерти.
Двери распахнулись, и в комнату зашел Арон. Я вскочила на ноги словно гром меня поразил. Моё сердце подпрыгнуло, но тут же оборвалось в леденящем душу ужасе. Его лицо… оно было искажено такой яростью, такой всепоглощающей злобой, что я невольно отшатнулась. Он, словно хищник, стремительно настиг меня и я обрушила на его щеку оглушительную пощечину.
Затем он, не говоря ни слова, подхватил меня, словно тряпичную куклу и одним рывком сорвал моё платье. Звук треснувшей ткани пронзил тишину комнаты, как удар грома, возвещая о неминуемой буре. Безжалостно он швырнул меня на кровать.
Я смотрела в его глаза, и в них зияла бездна. Адская, непроглядная тьма.
- Ты монстр, убийца. -кричала Лия,
но Арон не обращая внимания начал раздеваться. До Лии начало доходить что он собирается деласть с ней.
- Прошу тебя, не делай этого… – слова мои были лишь тихим, молящим шепотом, теряющимся в надвигающейся тьме.
Но он, казалось, не слышал. Мои мольбы были для него ничем. Грубо схватив меня за ногу, он потянул меня к себе, в этот кошмар, из которого, казалось, нет выхода.
Отчаянный крик застрял в горле, превратившись в бессильное хрипение. Я пыталась вырваться, отбиться, но его вес придавил меня к кровати, лишая малейшей надежды на спасение. Сердце бешено колотилось, отстукивая барабанную дробь страха в ушах. В голове мелькали обрывки воспоминаний: наши встречи, смех, обещания… Как все могло обернуться таким кошмаром?
Его дыхание обжигало кожу. Я чувствовала, как холодный пот струится по спине. В глазах стояли слезы, застилая зрение. Я закрыла их, пытаясь отгородиться от ужаса происходящего. В этот момент я ощущала себя песчинкой, погребенной под обломками рухнувшего мира.
Он замер на мгновение, словно борясь с самим собой. В этой короткой паузе промелькнула слабая искра чего-то, напоминающего прежнего Арона, того, которого я знала и полюбила. Но она тут же погасла, уступив место всепоглощающей тьме.
Я снова открыла глаза.
- Арон..... Прошу тебя ..... Нет . нет.... Пожалуйста .
Бесполезно. Он словно не слышал меня. Внутри все похолодело. Я поняла, что он уже не мой Арон. Передо мной стоял зверь, движимый лишь инстинктами. И я, казалось, была совершенно беспомощна перед его яростью.
В отчаянии я собрала последние силы и попыталась заговорить, но из горла вырвался лишь сдавленный стон. Все было напрасно.
Его аура снова причиняла мне боль он не церемониться со мной его не интересует что я чувствую. Лишь на секунду встретились наши глаза.
Полный ненависти взгляд пронзил меня насквозь,
Арон перехватил летящие на него кулачки, сжал запястья и, заведя их за голову, прижал к постели. Что-то щелкнуло, стискивая руки, и я запаниковала. Широкие браслеты наручников, выросшие казалось прямо из ложе, крепко держали ее, не вырвешься.
Еще полминуты, и щиколотки Лии разведенные широко в стороны обнажили ее полностью.
Она предстала голой, распятой на алтаре его похоти, беззащитной перед взглядом хищного дейри. И вдруг, словно удар молнии, нечто чудовищное, грубое и чужое ворвалось в ее существо, разрывая девичью невинность на клочки, ослепляя вспышкой невыносимой боли.
Лия отчаянно извивалась, словно птица в силках, пытаясь вырваться из кошмара, уклониться от неминуемого, но руки Арона, словно стальные тиски, впились в ее ягодицы, сокрушая хрупкое сопротивление, вдавливая в ложе отчаяния. Его тело, тяжелое и чуждое, обрушилось на нее всей своей мощью, лишая воли, надежды, самой себя. Волна леденящего ужаса и страха захлестнула с головой, не оставляя ни малейшего шанса на спасение.
Арон, словно безумный, одержимый жаждой, выпил ее всю до дна, не желая упустить ни единой капли ее сломленной души.
Боль ударила Лию в грудь, словно выбросила в бездонный, леденящий колодец, и она, беспомощно вращаясь, камнем полетела в черную пропасть небытия. Миг, другой — и кошмар, в который ее силой ввергли, померк, рассеялся, исчез, унося с собой боль, ужас, застывший в расширенных глазах, отчаяние чувств и сумбур мыслей, оставляя лишь зияющую пустоту на месте ее разбитого сердца.
Арон оторвался от податливых губ девушки, словно отрывал часть собственной души, неохотно слизнул последнюю искру ускользающей жизни и замер, с леденящим ужасом вглядываясь в её мертвенно-бледное лицо.