Неуверенно приняв плащ, я накинула его на плечи. Его тепло, казалось, проникало в самое сердце.
– Я рад, что вы живы. Ваше присутствие здесь крайне нежелательно.
– Я и сама этому не рада, – пробормотала я в ответ.
– Тогда идемте. Вам понадобится вся ваша смелость. Нас ждет космолет. Он доставит вас в безопасное место.
– Я не вернусь на Землю?
– Нет. Теперь это невозможно. Земля больше не безопасна для вас.
– Но почему вы мне помогаете?
– Вы не единственная, кто выжил. Есть и другие… Но вы – наша принцесса, Лия. Ваши родители были нашими правителями. Перед смертью они отправили вас на Землю, чтобы защитить.
– Что? Ничего не понимаю… Это невозможно! Вы что-то путаете!
– Нет времени, принцесса Лия. Нужно спешить.
И мы направились к выходу.
Долгие минуты мы блуждали по запутанным коридорам и переходам, словно по лабиринту, пока, наконец, не вышли на посадочную площадку.
– Я… я могу дышать здесь?
– Да, но это не совсем безопасно для вас. Садитесь в корабль. Они отвезут вас к вашему народу. Там вам все объяснят.
– А вы… вы не полетите со мной?
– Нет. Я должен остаться здесь, скрыть следы вашего отбытия.
Я поднялась по трапу и вошла в космолет. Двери бесшумно закрылись за мной. Меня усадили в кресло, похожее на кокон, и надели на голову шлем из прозрачного стекла. Все, кто находился в отсеке, склоняли головы при моем появлении, и от этого странного почтения мне стало не по себе. Шлем подключили к какому-то монитору, и один из членов экипажа произнес:
– Это биоинженерная капсула. Она адаптируется к вашей системе дыхания.
Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова.
Вскоре космолет оторвался от земли и взмыл ввысь, прочь от Санкорна, в бескрайний космос.
Верховный Лагмус был потрясен. Поспешно покинув Лию, он вызвал двух ученых и, не дрогнув рукой, лишил их жизни. Собранные данные он спрятал в неприступном тайнике, а сам направился к Арону. Звездный король Арон был капитаном корабля, другом и наставником в межгалактических экспедициях. Лагмус был предан ему беззаветно и никогда не подводил. Но то, что он узнал о происхождении этой земной девушки, потрясло его до глубины души, и он не мог не поделиться этой новостью с Ароном.
Лагмус должен был рассказать Арону, что Лия принадлежит к королевской династии Бэтдд и является прямой наследницей трона. Он знал, что эта информация способна разжечь межзвездный пожар не только на Санкорне. Об этом не должен был узнать никто, кроме них двоих.
Арон восседал на троне, наблюдая за турниром, развернувшимся сразу после того, как Лагмус попросил о срочной аудиенции.
– У меня важная информация для вас, – прозвучал голос Лагмуса.
– Говори, – отрезал Арон, не отрывая взгляда от арены.
– Я бы предпочел сообщить это наедине.
Арон медленно повернул голову и окинул Лагмуса гневным взглядом.
– Надеюсь, это действительно что-то достойное моего внимания.
Лагмус лишь склонил голову в знак согласия. Арон поднялся с трона и прошел в соседнюю комнату, залитую полумраком. Лагмус последовал за ним, оглядываясь по сторонам, словно боялся подслушивающих теней.
– Что случилось? Говори!
– Мы с учеными провели анализ ДНК девушки, бэдде. Ваш отец приказал выяснить ее происхождение и отследить ее геном.
– Мне это известно.
– Она… она прямая наследница короля расы Бэтдд.
– Что? Ты уверен?
– Абсолютно.
– Это невозможно! Прошло столько лет… Она слишком молода, чтобы быть их наследницей.
– Я не знаю, как такое возможно, но мы все тщательно перепроверили, и результат был один и тот же. Мы выясним, как ей удалось родиться в этом столетии.
– Кто еще знает об этом?
– Никто. Я позаботился обо всем и поспешил сообщить вам.
– Ты поступил правильно. Где она сейчас?
– В камере, где и была.
Арону, казалось, чуждо удивление – сдвинуть с места эту глыбу невозмутимости было почти нереально. Но весть о девушке Бэтдд пробила брешь в его броне. Желание, словно лихорадка, поселилось в его мыслях, и известие, принесенное Лагмусом, лишь подлило масла в огонь.
Его захватила не просто интрига – дикая жажда обладания. Он жаждал прикоснуться к ее энергии, слиться с ней в единое целое. Земные наложницы давно стали лишь блеклым отголоском былого, не способные пробудить в нем и искры настоящей страсти. Они уступали ей во всем, даже в физической выносливости.
Бэтдд… само имя звучало как вызов.
Дейри, чьи сексуальные утехи казались бесконечной игрой на лезвии ножа, балансировали между сладострастием и болью, наслаждением и жестокостью. Чувства были чужды этим безжалостным завоевателям, подчинившим само время. Бесстрастность, словно лед, сковывала все сферы их существования, проникая даже в самые интимные уголки их жизни. Лишенные эмоций, они искали хоть искру наслаждения, и лишь бетдды, существа, наделенные чувственностью, оставались единственным источником удовольствия для этих каменных сердец.