– Она ещё ладно, но ведь ты была моей последней родственницей и… – начал Делайн встревоженно.
– Прости, но ведь с тобой я общаюсь не просто так. Ты моя кровь, и я не могла не попрощаться более человечно. – она остановилась, обдумывая свои дальнейшие слова. – Боже, этот сантимент вряд ли бы когда-то сорвался с моего языка, но теперь я совсем другая и стала слишком такой вот. Когда нет времени для сна, ты по привычке пытаешься уснуть, а в итоге лежишь и думаешь, ох. – она наигранно, и с этим абсолютно искренне, выдохнула. – Ты ведь хорошо спелся с Ви, да? Я с тобой не имела чести быть долго знакомой, но то, что было, мне вполне понравилось, так и не ровён час и станете парочкой с ней. – она захохотала, опасно свесив грудь вперед. – Будь аккуратен, береги Вики, прошу. Не скажу, что всё, что вы делаете, плохо, но просто вы оказываетесь между силами, которые перековали этот мир по своим лекалам с неимоверной легкостью. Мои работодатели не причинят вам вреда, надеюсь, но всякое же может случиться. – она взглянула на наручные часы, которых на руке не было секунду назад. – Было весело поболтать, но сейчас я уйду в закат. Не приходи сюда за мной, если будет нужда, я постараюсь проявить себя, но больше не скажу, Кентербери. – она подмигнула и растворилась без следа в чуть солоноватом воздухе на фоне начинавших краснеть облаков.
Как всё внезапно началось, так и закончилось. Будучи в состоянии фрустрации от неудовлетворённых и появившихся вопросов, Делайн упал на землю за собой, раскинув руки в стороны и с сознанием наружу. Это была действительно она, он не мог спутать её ни с кем другим, ведь в его жизни таких было всего ничего.
Вики-11 и критический супремасизм
Не совсем понимая то, что происходит, сетевой инженер Стэнли продолжал наблюдать за подозрительной активностью уже более одного года. После модернизации центра, которая прошла не совсем по плану, но всё же успешно, он всё чаще стал замечать эти аномалии. Пытаясь подтвердить свои догадки, он связывался со множеством других центров, но никто не мог даже понять о чём он говорит.
Сперва, он этим заинтересовался, ведь это было чем-то совсем непонятным, но после последовал спад. Это было похоже на то, что он слушал речь на совсем непонятном ему языке, но чем дольше и внимательней он прислушивался, тем понятнее становилось. Появились некоторые «закономерности» и, будто всё, что он слушал, медленно затекало в его мозг через нейроинтерфейс, оставляя заметный осадок.
Он сбился со счёта времени, слушая передачи чуть ли не днями напролёт, не замечая ничего вокруг. Помимо него на станции было всего пять человек. Они заметили что-то неладное, только когда все стали собирать вещи, готовясь уступить место для следующей смены на несколько месяцев. Даже не заметив этого, Стэн оформил форму на продление смены, о существовании которой даже не все знали. Расплывчатое описание сути, растянувшееся на четыре десятка страниц, прошло через многие руки не по одному разу, пока не было утверждено.
Распавшийся разум работника, что даже не узнал своих коллег, когда те вернулись на смену другой смены, испугал их. Они намеревались доложить обо всём начальству, но не смогли. Появились обстоятельства, что они не могли преодолеть ни своими, ни чужими силами, их история закончилась, и только история Стэнли ждала продолжения, о котором он, к его несчастью, знал слишком много.
– Почему нас никто не слышит, мы же сейчас на одном из крупнейших Узлов! – раздраженно вынув провод из своей головы, Мэтью посмотрел на Сашу.
– Ты думаешь я знаю? С самого момента, как мы здесь оказались, всё пошло наперекосяк. Не зря наши сменщики так быстро уступили нам место, наплевав на все правила.
– Может у Мортена получилось? – сказал Мэтью успокоившись.
– Пойди и спроси у него сам, я не телепат. – Саша развел руками.
– Бред, даже интеркомы не работают, уму не мыслимо. И ведь этот псих не мог этого сделать, всё оборудование внутренней связи в нескольких отсеках от того, в котором засел Стэн. Кто-то заметил бы, ошивайся он там.
Пройдя по длинной галерее, за стеклом которой располагался океан, Мэтью постоянно что-то зло бормотал под нос.
– Допустим, если у нас нет никакой связи со внешним миром, но мы продолжаем работать для внешнего мира в штатном режиме, то будет ли у внешнего мира заподозрить что-то неладное здесь, на уютном дне?
– Мэтт, ты здесь без связи одни сутки, а уже предлагаешь пойти на саботаж?
– А что нам ещё остаётся, сидеть здесь три месяца, перекидываясь в карты, пока за нами не приплывут сменщики или кто-то не задастся вопросом о ситуации раньше? – Мэтью остановился перед закрытой массивной дверью, освещаемый с одной стороны легкой игрой света, проходящего через водные массы. – Как часто ты связываешься с кем-то на поверхности, работая здесь? – задал тот неожиданный вопрос.