Кто стоял рядом с ней, Сашка не сразу догадался. Женщина казалась знакомой и до ужаса на кого-то похожей, и он сглотнул, когда сообразил, что это и есть тетя Зина. Не такая, какой он видел ее в последний раз в образе столетней старухи, и не та, что приходила к ним домой, — совсем другая, и всё же тетя Зина. Много лет назад. И тут до него доперло, что они сестры.
Вечером, когда мать была уже дома, он спросил:
— Мам, а почему ты запретила брать что-либо из дома тети Зины?
— Потому что некоторое время назад, — задумалась ненадолго мама, подыскивая слова, — она увлеклась некими вещами, с которыми тебе лучше не иметь дела.
— Ты имеешь в виду черную магию? — с невинным видом произнес Сашка, игнорируя пристальный взгляд, который она сразу метнула в него. — Ты этого испугалась, когда рванула к тете Зине?
Розовея лицом, мама кивнула.
— А почему ты ни разу ничего не сказала, когда я таскал сюда всевозможную литературу по магии?
— Там не было ничего серьезного, — спокойно заявила она.
— А откуда ты это знаешь? — с любопытством взглянул на нее Сашка.
— От той же тети Зины, — не задумываясь, ответила мама. — То, что представляет реальную опасность, тебе в руки так просто не попадет. Вот от нее могло.
— Тогда зачем тебе с ней общаться? — спросил Сашка.
— Потому что нас кое-что связывает, — ответила она. — Тебе этого не понять, да и не нужно.
В понедельник, еще до начала уроков, Сашка первым делом отвел в сторону печального Андрея и тихо сказал:
— С книгой надо что-то делать, я не могу держать ее дома. Если мать обнаружит, ее хватит кондрашка. Она, оказывается, к тете Зине носилась нас спасать!
Уныние с лица Андрея испарилось в ту же секунду. Изумленными глазами он уставился на Сашку.
— Откуда она знает, где мы были?
— Тетя Зина ей звонила. Помнишь, когда мы вошли, она говорила с кем-то по телефону? Как пить дать, с моей матерью!
Андрей непонимающе помотал головой.
— Зачем ей было звонить твоей матери? Она ей что, и про книгу рассказала?
— Как раз таки нет, про книгу она не знает… я думаю, — добавил Сашка после секундной паузы.
— Ты думаешь, — проговорил Андрей с сомнением. — Ну хорошо, а что будет, если всё же обнаружит?
— А вот об этом ты лучше не думай, — живо сказал Сашка. — Мало не покажется ни тебе, ни мне, ни самой книге. Что-то мне подсказывает, мать решительно настроена против подобных предметов, и особенно если они принадлежат тете Зине… Кстати, сама она в больнице с полной потерей памяти, — сообщил он.
Андрей скривился, уныние снова вернулось к нему. В таком настроении он вышел и на большую перемену.
— Теперь уже я не сплю по ночам, — сумрачно заявил он, выходя с Сашкой на улицу. — Твои-то кошмары прошли?
— Всё нормально, — заверил его Сашка. — Видимо, ты был прав, подозревая в происках именно тетю Зину. А ты чего? Тоже ужасы снятся?
— Да нет, просто мысли разные лезут в голову, — мрачно проговорил Андрей, глядя на залитый солнцем школьный двор. — Ты понимаешь, у меня этот… Ну, то, что сейчас Интеграл сказал Костику на его попытки решить уравнение.
— Костик и уравнение вступили друг с другом в когнитивный диссонанс, — ухмыляясь, напомнил Сашка.
— Во-во! Он со мной и случился, этот самый когнитивный диссонанс. Если бы я не убедил тебя стащить чертову книгу, мужик не погнался бы за нами и не упал на рельсы.
Андрей повесил нос, и Сашка решил его подбодрить.
— Я в этом не уверен, — покривил он душой. — Мне кажется, он по‑любому бы погнался.
— Ты так считаешь? — улыбнулся неловко Андрей.
— Считаю, — твердо сказал Сашка.
— Ладно, только…
Андрей не успел закончить. Заметив, к своему облегчению, что они мирно разговаривают, словно никогда не ссорились, Маша немедленно бросила гонять по полю мяч и, улыбаясь во весь рот, подскочила к ним.
— А, старые заговорщики! — сияя ярче новенького медяка, одобрительно проговорила она. — Снова вместе! Что затеваете на сей раз?
— Обсуждаем твой последний пас, — энергично сказал Сашка. — Как ты гениально передала мяч нападающему противника, чтоб он не забыл забить вам гол.
— А у тебя глаза на затылке, да? — язвительно спросила Маша. — Ты ж стоишь спиной к полю!
— Это он третий глаз тренирует, — доверительно сообщил ей Андрей. — Потому и стоит спиной.
— Шутим, да? — хмыкнула Маша, переводя взгляд с одного на другого. — Ну, тогда вы точно помирились… Ладно, меня зовут! — Она порывисто повернулась и снова присоединилась к своей команде.
— Так как насчет книги? — задумчиво глядя ей вслед, напомнил Сашка. — Может, обратно отвезем? Всучим охраннику и скажем, что нам давали ее на время, а теперь мы возвращаем.
— Ну уж дудки! — резко возразил Андрей. — Всё одно хозяев у нее больше нет! Лучше давай перетащим ко мне. И сразу после уроков, пока никого дома. Сложу ее в чемодан, а чемодан задвину под диван. Понадобится — выдвинул, открыл крышку и изучай на здоровье!
Андрей настоял на том, чтобы перетащить книгу к нему немедленно после возвращения из школы, так что Сашка только забросил рюкзак в комнату и сразу нырнул под тахту. Вдвоем они с трудом вытянули оттуда портфель и уселись на кровать, вытирая пот со лба.
— Нет, ну что это такое! — возмущался Андрей. — Неужели нельзя было сделать ее из чего-нибудь полегче? Это же не книга, это бронзовая статуя! Изверги… Ну почему обязательно отливать из металла?
— Для сохранности, — сказал Сашка. — И чтоб утащить было сложнее, — поддел он Андрея.
— Для сохранности делать из материала, разрушающегося от искусственного света?
— Ясен пень, ее делали во времена, когда кроме лучин, свечей да факелов ничего другого не было, — сказал Сашка. — Вот и оплошали с материалом. Ладно, поехали, — сказал он, наклоняясь вперед и хватая портфель за одну из ручек.
Андрей вцепился во вторую.
— У меня, оказывается, до сих пор мышцы болят, — пробормотал он, не успев сделать первый шаг.
— У меня то же самое, — чувствуя слабую дрожь в ногах, подтвердил Сашка.
Они благополучно доковыляли до лифта и спустились к квартире Андрея. Но не успели переступить порог, как в тишине коридора раздалось зловещее шипение.
За порогом их ждал кот — тот самый, что своими повадками не переставал восхищать Сашку. Но сегодня Сашка его испугался — из сумрака прихожей на замерших ребят смотрели горящие злобой глаза.
Распушив хвост и вздыбив шерсть на загривке, кот медленно отступал в глубину квартиры, не отводя желтых глаз от кофра. Когда же ребята поставили свою ношу на пол и стали снимать верхнюю одежду, кот приблизился, обошел кофр кругом и резко ударил лапой.
Кожа в месте удара разошлась, будто бумажная. Сашке даже показалось, что когти животного высекли искры из металла книги. А кот сразу сменил тон — теперь из его глотки вместо шипения вырывались хриплые подвывания. Он попятился на несколько шагов и сел, не переставая испускать жуткие звуки. Кончик хвоста у него нервно подергивался.
— Да что с ним такое? — сердясь на кота, тревожно воскликнул Андрей.
— Книга, — тихо сказал Сашка. — Она ему не нравится.
— С ума он сошел, вот что! — скривился Андрей.
Желтые глаза оставались прикованы к кофру. Когда ребята стали поднимать его, кот вздернулся и, выгнув спину, снова угрожающе зашипел. Андрей заметно поежился, а внимательно наблюдавший за всем этим Сашка встревоженно заметил:
— Он не производит впечатления больного… Скорее, пытается нас о чем-то предупредить.
Оставив кота снаружи, Андрей яростно захлопнул дверь в комнату.
— Сами разберемся!
Он рывком выдвинул прятавшийся под диваном чемодан и стал распаковывать кофр. Кот за дверью стал скрестись, помогая себе сиплым мявом.
— Отвяжись! — крикнул ему Андрей, бросая гневный взгляд в сторону двери. — Вот напасть!
— А если он не успокоится? — задумчиво спросил Сашка. — Как ты собираешься держать дома книгу, если он так и будет орать?