Ветка света прогрессировала быстрее всех, что неудивительно, учитывая, как часто приходилось себя штопать. Тут Олег, недолго думая, взял освящение, о котором размышлял в прошлый раз.
Общий раздел льда плюс воды заставил его немного задуматься. Очевидным решением было взять больше защиты в виде ледяной сферы, но недавний сектант неплохо потрепал ему нервы своим проклятием, из-за которого возникало желание обзавестись контрмерами. Основательно почесав макушку, Олег все же решил, что в процентном соотношении загрызть и проткнуть острым железом его пытаются намного чаще, чем проклясть, так что наш выбор — сфера.
Молнию он решил приберечь для второго круга — там оставалось совсем немного, так что лучше будет сразу взять более продвинутый каст. А вот изначальная магия предлагала неплохой выбор между сильным точечным заклинанием и слабым массовым. Рассматривая описание кастов, Сколотов вспоминал орды плевунов, с которыми они столкнулись в канализации. Да, пульсирующее поле наносит совсем немного урона, зато не требует внимания, мало стоит и действует постоянно до отмены, а что самое главное, не влияет на союзников. Убить оно никого не убьет, но за несколько тактов повредит ноги всякой мелочи, а если это будут живые люди, то к тому же доставит море неприятных ощущений. Эффективно драться, когда тебе раз в пять секунд бьют молотком по ногам — то еще испытание. Еще немного покрутив в голове возможные перспективы, Олег выбрал пульсирующее поле и закрыл книгу. Еще два уровня, и можно будет попробовать основательно засесть в конструкторе. Его план на прокачку параметра “сопряжение” должен будет окончательно избавить Сколотова от случаев, подобного вчерашнему, когда очередной ублюдок просто отказывается помирать. Главное только — не подорваться на результатах собственных экспериментов.
Олег отложил фолиант и прислушался к спокойному дыханию красавицы. Диана вернулась посреди ночи в совершенно измотанном состоянии; она выглядела так, будто пробежала несколько десятков километров, не останавливаясь. Еле держась на ногах, теневая волшебница одним жестом развеяла свою одежду и протиснулась под одеяло. Двуспальной кровати им не выделили, или же такого у львят в принципе не водилось, так что половину ночи Олег теснился на узенькой кушетке, а вторую половину боялся пошевелиться, чтобы не разбудить Диану, которая беспардонно оккупировала роскошную грудь волшебницы, приспособив ее под подушку. Места прилечь сбоку не хватило, так что она пристроилась сверху, моментально заснув. Сколотов был несказанно рад ее возвращению, хотя под утро у него сильно затекли ноги. Однако он стоически терпел все неудобства, и уже около полутора часов пялился в потолок, не желая тревожить безмятежно посапывающую девушку. Наконец Диана заворочалась и сладко потянулась.
— Доброе утро, соня, как спалось?
— Потрясающе! Всю ночь снились высоченные холмы, мягкие и упругие, как парочка сладких пудингов с вишенками на вершинах. На них было так приятно поваляться, отдохнуть под сводами чистого голубого неба… Не знаешь, с чего бы такие сновидения? — Красавица, улыбаясь, сжала ладонями груди любимой и шаловливо прошлась по ним язычком.
— Без понятия. Наверное, от переутомления всякие глупости снятся, — волшебница попыталась встать, но была остановлена долгим страстным поцелуем.
— Не здесь, ну хватит, хватит… — Соль, наконец, смогла освободиться и добраться до одежды.
— Ну вот… Я вчера так старалась, помогала, и никакой мне награды? — Диана обиженно надула губки, освобождаясь от одеяла. Перед Сколотовым промелькнула упругая грудь — теневая красавица нагнулась, чтобы поднять упавшую подушку, за что поплатилась звонким шлепком по аппетитной попке.
— Эй! — Диана вскрикнула от неожиданности, схватившись за несправедливо пострадавшую округлость. — Вот значит как, еще не женилась, а уже бьешь! — в ее голосе прорезались шутливые нотки, и красавица еще сильнее выгнулась, демонстрируя роскошный вид сзади.
— У нас говорят “бьет — значит, любит”! И вообще, за дело пострадала — нечего меня провоцировать, дети вокруг! — Олег смог сдержаться наполовину и вместо повторного шлепка только погладил попку красавицы. — Вот вернемся в “Лунь”, там я буду в твоем распоряжении, а тут нельзя.
Диана обернулась и, встав на цыпочки, наградила Сольвейн еще одним поцелуем, а когда отстранилась, уже была в своей черной броне:
— Одевайся, копуша, — хмыкнула она и вышла за дверь. Они, кстати, были примерно одного роста, так что ради последнего поцелуя волшебнице пришлось задирать голову, но раз Диане захотелось, почему бы и нет.
Снаружи царила обычная утренняя суматоха детского общежития. Мальцы, протирая глаза и зевая, кое-как втискивались в одежду, те, что постарше, толпились около комнат, приспособленных под умывальни, самые взрослые взялись за приготовление завтрака. Сколотов в трапезе участвовать не собирался — объедать львят он не хотел, да и грибная каша только встанет поперек горла без всякой пользы. Все запасы личного провианта Олег вчера раздал мальцам, так что придется потерпеть до возвращения к Цветам, а там либо рыбный рацион, либо сгонять в лес пополнить запасы.
Робин обнаружился за одним из столов, без энтузиазма попивающим кипяток из кружки. Сколотов специально присмотрелся — никакого цвета и запаха у напитка не было, просто кипяченая вода.
— Доброго утречка, Робин Гуд, чего такой невеселый? Ты своей кислой миной подрываешь боевой дух клана!
— Не называй меня так, меня Ро зовут. Ро, и никак иначе, — слабо огрызнулся парень. — И я вчера хорошего друга потерял, если ты уже забыл, так что причин для радости нет.
— Нет, это, похоже, ты забыл, что в первую очередь являешься лидером клана, а потом уже все остальное, а о чем думают твои подчиненные, видя твою погребальную физиономию, догадаться несложно. Кажется им, что ваши дела совсем плохи.
— Да какого нахрен клана… — подросток с досадой обхватил голову руками, — смех один.
— Вот оно что… Аника мне говорила, что ты у нас кремень-парень, а в действительности… Или это ты эксклюзивно для меня решил расклеиться, мол, пожалейте меня, дяденька?
Робин сверкнул угрюмым взглядом
— Твое дело вообще десятое! Тебе заплатили, так делай свою работу и проваливай.
— Ага-ага, — Олег задумчиво постучал указательным пальцем по подбородку, решая что-то для себя, — подростковый психологический кризис. Ну-ка, пойдем побеседуем, — одной рукой приподняв пацана, он выволок его из-за стола и потащил из зала. С активной звериной сутью силы на такой фокус хватило впритык, притом что ошарашенный Робин не стал отбиваться. Дотащив пацана до их комнатушки, он сгрузил его на стул, а сам сел напротив, на кровать.
— Диана, постой, пожалуйста, на стреме, чтобы нам никто не мешал, — дождавшись, когда красавица устроится в проеме, Олег вернулся к лидеру львят.
— Давай, выкладывай.
— Что тебе выкладывать? Наши проблемы — они только наши, справимся как-нибудь.
— Видишь вот эту вот ладонь? — Сколотов продемонстрировал внушительную лапу своей иллюзии. — Это тебе не просто рука, можно сказать, рабочего человека, это еще и целый десяток живительных подзатыльников, а если понадобится, то и больше. И все они, до последнего, твои! Если продолжишь упираться.
— Ха! Ну, попробуй, — пацан вскочил, хватаясь за нож.
— О, как тут все запущено… Похоже, подзатыльниками не обойтись, — Олег незаметно материализовал у себе на штанах ремень и многозначительно потянул его из петель.
— Что это ты еще задумал?
— Пороть буду. А ты как думал? Вот твои львята удивятся… Ну так тебе все равно вроде.
— Откуда ты такой на мою голову выискался? Я, помнится, тебе предлагал в клан вступить. Тогда, значит, тебе до нас не было никакого дела, а сейчас есть? Что, дом наш увидел, и все переменилось? Ну так хрен тебе! Никто его не получит, он только нас признает.
— Ты с больной головы на здоровую не переваливай, мне ваши кланы, что по одиночке, что всем скопом не нравятся, я не только тебе отказал, но и Волих. И дом твой мне без надобности, толку мне от этих хором в одиночку! А про деньги даже не заикайся, еще мне не хватало бегать продавать подземные дворцы, чтобы в один прекрасный день обнаружить у себя кинжал в боку от предприимчивого покупателя. Я у тебя как человек спрашиваю, что случилось? Помогу, чем смогу, по той простой причине, что у тебя тут малолеток целая охапка, вот им я и хочу помочь.