— Предлагаю вступить в мой, только что созданный клан.
— Ладненько, а зачем мы его создаем?
— Дабы избавить нашего друга Робина от лишних сомнений! Не нравится ему союз с отдельным человеком, будет союз двух кланов.
— Да ладно вам, ясно же, что пара человек — это не клан, — отмахнулся Робин.
— Еще какой! Мы вдвоем с Дианой стоим целой армии средненького клана нейтралов, имеем неплохой бюджет и совершенно независимы. Прям мечта, а не союзники! Ну, по рукам?
— А как мы тогда назовемся? — вмешалась Диадара.
— Э-э-э… — Сколотов перебрал в голове с десяток рандомных названий. В конце концов, это совершенно не важно, их клан существует только номинально, и изначально наименование вовсе не предполагалось. Но для придания солидности договору нужно что-нибудь придумать. — Путь будет Искатели, только не клан, а Орден. Орден Искателей! Звучит солидно и внушительно, — Олегу вспомнились несправедливо притесняемые Искатели, и он решил заняться выправлением их имиджа самоубийц в отдельно взятой комнате. В любом случае, название как название, для организации сроком жизни максимум в полгода сойдет.
— Ладно, хуже не будет, — Робин подался вперед и протянул руку, а когда Сколотов протянул свою, парень резко дернулся вперед, целясь ладонью в грудь собеседнику, но его рука с хлопком отлетела в сторону от удара Дианы.
— А это еще что такое было? — Сколотов обескураженно посмотрел на трясущего поврежденными пальцами пацана.
— Да вот, хотел глянуть, кто ты такой на самом деле, я же вижу, что твою ауру какая-то пленка закрывает. Раньше думал, это остаточная магия невидимости, но сейчас кажется, ты меня дуришь. Какие могут быть договоры с тем, кто даже лицо свое не показывает?
— Ты бы свои культяпки попридержал при себе, а то в следующий раз синяками не отделаешься, — Диана прямо пылала от негодования.
— Совсем дурной, что ли? Ну догадался — молодец. А тебе в голову не пришло, что человек может не от малолеток скрывается, а по серьезной причине? Представь себе, будь сейчас у меня эта причина, что бы я сделал с одним молодым идиотом, тянущим руки куда не следует.
— Ну, кто кого, мы бы еще посмотрели, — насупился подросток. — Мне это уже надоело, каждый считает меня за дурака, думает, что может врать мне в лицо.
— Я тебе не врал, моя внешность к нашему разговору отношения не имеет.
— Откажешься от своих слов?
— Еще чего, я не из-за тебя, дурня, влезаю в это болото, а из-за них, — Сколотов через плечо ткнул большим пальцем в сторону общего зала за стеной.
— Значит, не покажешься?
— Нет! Уж точно не после таких выкрутасов. Давай уже к делу, а то мне бы еще домой успеть. Я так понимаю, кроме фанатиков, первоочередная проблема — это провиант?
— Да, мы долгое время были тут заперты, а наших посадок грибов хватает едва-едва, только чтобы самых маленьких накормить. Хелк и Рюшенька затем наверх и пошли, хотели до Цветов добраться, раздобыть поесть.
— Ты же сказал, на малышню хватает?
— Они не для себя, — Робин досадливо махнул рукой, — Рюшенька для старшей сестры шла, а Хелк вроде как защитник. Эх, дурни, Омина чуть с ума не сошла, когда свою младшенькую дома не нашла!
— Ладно, с этим разберемся завтра с утра, прикуплю пока у Цветов, а там посмотрим. Продержитесь одну ночь?
— После вчерашнего продержимся, мы бы и дольше перебились. Рассчитали, что запасов недели на две хватит, прежде чем совсем край. А как ты собираешься тащить все, в одиночку многото не унести?
— Это моя проблема, утащу сколько надо. Запасы побереги, мало ли что со мной случится. Хотя запомни хорошенько — ни фига со мной не случится! Но на всякий случай…
Робин попытался переварить эту фразу, отчего его взгляд немного расфокусировался. В результате, тряхнув головой и освободившись от излишних размышлений, он спросил:
— Что еще?
— Есть пара мыслей насчет твоего клана, но это потом, когда появится немного определенности. А еще у меня целая гора вопросов, ну так, навскидку: что это за место, как его нашли, почему у вас его не отжали, почему никто не словил малышню на проходах, каким образом вы вообще тут выживаете?
Робин вздохнул и поерзал на стуле, предчувствуя долгий разговор.
— Лабиринт нам мусорщики подарили, точнее, один из них, его Ойк зовут. Он, как у них принято, коллекцию собирает, только не из барахла всякого, а из мест особых. Ищет подземные храмы однокрылых, обычно это скрытые за тайными ходами комнатушки шагов десять в ширину, бывает и чуть побольше, но лабиринт такой один. Я, когда только начинал, прятал малых каждый раз на новом месте, бегал туда-сюда как ошпаренный, пытаясь и за ними уследить, и подзаработать немного. Однажды, возвращаясь назад, увидел труп псины. Все, думаю, пропала малышня, кинулся их искать — а они на том же месте, и с ними странный перебинтованный человек с окровавленным шипастым шаром на цепи, сидит спокойно, сказки рассказывает. Так мы и познакомились. Поспрашивал меня тогда мусорщик, что да как, а потом просто отвел нас к спуску в туннель и отдал ключ. Ойк нам еще много помогал, подкармливал, вещи приносил, а то кое-кто из малышей был в одной только драной рубашке. Кто построил Лабиринт, я не знаю, и как Ойк его нашел тоже — он не говорил, да я и не спрашивал. Отследить вход в туннели на самом деле очень сложно, его можно открыть в любом месте над Лабиринтом, кроме самого здания, и если использовать ключ заранее, то метров за тридцать до места спуска он прикроет владельца от взглядов.
— Невидимость? Хм, я никакой магии не приметил, — Сколотов попытался вспомнить, почувствовал ли он хоть отголоски заклинаний, когда подходил к туннелю, и готов был поклясться, что ничего такого не было.
— Никто не замечает, даже арбитары пробовали. Раньше много кто пытался пробраться, даже, бывало, отлавливали моих парней, но ключ невозможно передать, можно только получить новый или отменить старый уже здесь. А все, кто хотел пройти без приглашения, рассыпались в пыль при пересечении барьера. Я не знаю, как, но Лабиринт сам определяет людей, которые пытаются прорваться сюда силой, и убивает их, мы это не контролируем.
“Вот это система защиты, — подумал про себя Сколотов. — Можно брать львят в заложники, шантажировать, делать что угодно, все одно в Лабиринт не попасть, пока тебя не пригласят по-хорошему, а пригласить может только пацан, видящий людей насквозь. Замкнутый круг. Что же, интересно, за магический интеллект защищает подземный дворец, который сам решает, кого прихлопнуть, а кого нет? Как он работает? Где находится?”
На все эти вопросы Робин ответа не знал. Ему тоже казалось, что невидимый хозяин имеет собственную волю и разум, однако он ни разу не проявлялся.
— Ладно, с этим разобрались. А что насчет ключа, как он выглядит?
— Извини, этого я не скажу, — Робин покачал головой. — Этот секрет только для нас.
Сколотов не стал настаивать на ответе, в конце концов, ему и так перепало достаточно информации.
— И последнее, откуда берутся новые дети в городе? Кланы своих вроде не гонят.
— Откуда и все. На кораблях приплывают, из Халдрея, в основном. У них там приюты есть для детей погибших солдат и семей. Ежели родственников нет или они отказались, забирают в приют, а когда он переполняется, лишних втихаря отправляют в Амиладею, вот и все, — Робин пожал плечами, как будто сказал что-то обыденное и само собой разумеющееся. А вот Олег будто килограмм горчицы сжевал всухомятку — местные нравы его все больше бесили, очень хотелось начистить морду каждому причастному к этой схеме засранцу. Но они были далеко, а он здесь, и теперь результат их скотства стал его проблемой.
Олег прошелся по пустой комнате из угла в угол, отмеряя шагами длину стен. Диана тоже хмурилась от услышанного, тяжелая судьба малышни задевала и ее, чему Сколотов был несказанно рад.
— Как вы тут вообще держались одни?
— Ты нас совсем беспомощными считаешь? Нормально жили, как только проблемы с домом решились, и местные кланы перебесились, все стало отлично. Работали, сообщения разносили, проводниками нанимались, слушали и смотрели. Ты даже не представляешь, сколько всего можно узнать, просто прислушиваясь к разговорам!