Амиладея в каком-то смысле уникальный город, по неизвестной причине волна чудовищ накрывала его всего один раз в год, и после нее выживал от силы один из двухсот бездомных. Кровавая резня захлестывала улицы, оставляя после себя куски растерзанных тел и багровые ручьи, скатывающиеся по разбитым мостовым. Сражаться или прятаться бесполезно, у тех, кто оказался за пределами надежных стен крепей, практически не было шансов, они станут пищей для верещащих орд тварей, именно поэтому среди оборванцев возник обычай, который они называли Вопящей ночью, потому как этот сюрреалистический праздник проходил под аккомпанемент далекого воя и рычания собирающихся вокруг города монстров. Необязательно волна пойдет завтра или послезавтра, иногда перед атакой проходило три-четыре дня, однако это неважно, оставшееся до смерти время каждый проводил по-своему, кто-то в молитвах, кто-то погруженный в воспоминания, кто-то в полнейшей апатии. Отбросы знали свое будущее и были готовы к нему, а немногие выжившие передадут обычай Вопящей ночи следующему поколению, которое прибудет на черных кораблях спустя несколько недель. Корабли, в реальности, будут самыми обычными, вовсе незачем тратить краску, выкрашивая корпуса, но для их невольных пассажиров они самые что ни на есть черные.
Вокруг самого целого в округе здания собралась толпа, человек сто — сто пятьдесят; еще вчера тут располагалась наиболее успешная группа оборванцев в районе, ревностно охраняющая любые подходы к своей территории, а сейчас здесь располагался один из центров празднования. Грязные, измотанные люди сидели где попало, сжимая в руках разнообразные емкости с безбожно разбавленным водой варевом, но никому и в голову не могло прийти жаловаться, большинство бездомных за все время впервые пробовали нечто отличное от грязной дождевой воды из луж. Никто не говорил ни слова, глаза смирившихся со смертью людей были направлены вверх, на удивительно чистое и ясное звездное небо, они вслушивались в ночь, ловя отдаленный вой своих убийц.
Из прилегающей к зданию улицы послышались тяжелые шаги. Матерясь и чертыхаясь, через гору мусора перебрался вооруженный воин в добротном доспехе, в его сторону не повернулась ни одна голова, складывалось впечатление, что даже если пришелец прямо сейчас выхватит меч и начнет рубить оборванцев, никто и не шелохнется, в конце концов, на день раньше, на день позже, разница невелика. Между тем боец протолкнулся к самому центру, заняв место на небольшом холме образовавшемся в результате обрушения ближайшей стены.
— Эй болезненные, есть среди вас лидер?! — ответом ему была тишина.
— Ладно, и так сойдет, — он сделал паузу, чтобы набрать побольше воздуха в легкие. — Слушайте, что я скажу! В ближайшее время пойдет волна искаженных, о чем вы и сами в курсе, но на этот раз у вас есть выбор! Не просто бессмысленно помереть, а побороться за свою никчемную шкуру! Клан… Искателей, предлагает каждому готовому встретить монстров с оружием в руках шанс пережить эту бойню! У нас есть ресурсы, есть оружие, но недостаточно бойцов! За оставшееся время попробуем возвести укрепления, и чем больше будет помощников, тем надежнее и обширнее станет стена, всем выдадим какое-никакое оружие, накормим, напоим! Ваше же дело стоять рядом с нами и держаться до тех пор, пока натиск тварей не ослабнет! Обещаю, никого не выкинем раньше времени, сражаться будем на равных на одной стене! Ну, есть желающие?!
— Думаете, ежели побольше пушечного мяса вокруг крепи соберете, твари до вас не доберутся?! — раздался выкрик из толпы.
— Нет никакой крепи! Ты чем слушал, баран, говорю же, что построим, с тем и будем воевать, можете считать нас такими же изгоями, клан Железячников выпер моих людей на все четыре стороны, вот только мы не согласны послушно сдохнуть, будем драться!
— И что, всех примете?
— Всех, лишь бы меч в руках удержать могли!
— А после?
— Ну ты здоров загадывать, — ответил Стиф неизвестному оборванцу с деревяшкой вместо ноги, — кто выживет, те разберутся.
— Выпрете нас опосля, и дело с концом!
— А хоть бы и так, я вам тут не чудо предлагаю, а иной выбор, могу монет пообещать каждому выжившему. Насколько сумма велика будет, зависит от количества, сами понимаете, наши закрома тоже не бесконечны.
По рядам оборванцев прошелся шепот, люди переговаривались, эмоционально размахивая руками, процесс обсуждения пошел. Стиф дал им минут десять обсудить его предложение и заговорил снова:
— Ну, кто пойдет?
— А скажи-ка, на что вы рассчитываете? Вдруг нам задумается без вас обойтись? — с ним заговорил побитый старик, сидевший совсем рядом на осколке каменной плиты, его соседи после этих слов злобно покосились на говорящего, видно эта мысль пришла в голову не одному оборванцу, но озвучивать они ее не собирались.
— Гарантии на мне, старый, — все слаженно обернулись на источник приятного женского голоса. Там в тенях стояла шикарная красавица, в темно-зеленой кожаной броне, ее выдающаяся грудь рельефно выпирала вперед, очерчивая соблазнительные формы даже сквозь толстую куртку. — Давайте продемонстрирую.
Незнакомка подошла к первому попавшемуся оборванцу, похотливо пялящегося на нее мутным взглядом, и одной рукой подняла его в воздух. Рваное тряпье угрожающе затрещало, но выдержало, и бездомный остался висеть в воздухе. Его лицо застыло, а тело будто скрутила судорога, из-за которой он мог только испуганно вращать глазами, но конечности оставались недвижимы. Во второй руке красавицы сверкнуло лезвие ножа, короткий взмах, и парализованный полетел на землю, отброшенный, как бесполезный мусор.
— Ты что сдурела, сука? — перекатившись несколько раз в грязи, бездомный вскочил на ноги, он был абсолютно невредим, за исключением небольшого пореза на пальце.
— Всем хорошо видно?! — красавица подняла кинжал над головой, демонстрируя, как багровая капля впитывается в металл клинка. — А теперь… — она перевела взгляд на ругающегося оборванца, который моментально застыл. — Я проклятая, и эта магия называется контракт, правила просты, ваша капля крови, и вы мои со всеми потрохами на месяц. Мне даже делать ничего не надо, ежели задумаете ударить в спину или учинить еще какую подлость, моментально сдохнете, без моего вмешательства. Нападете на меня или моих людей — смерть, свяжетесь с другими кланами — смерть, украдете — смерть, думаю, вы потихоньку врубаетесь как это работает? С моей стороны обязательство только одно — в этот месяц я ваш командир и обязана о вас заботиться, так что от голода и холода никому откинуться не дам и без причины не убью. Если переживем волну, будет вам оплата, и разрешу, так и быть, оружие оставить. Выбор полностью ваш, те, у кого есть желание побороться за свою жизнь, подходите, капля крови, и вы приняты, но уж потом не скулите — и поработать, и повоевать придется. Кто откажется, пусть сидит и ждет искаженных, тоже вариант. Ну?!