Вожак недоволков не утруждал себя сокрытием следов, впрочем, как и большинство тварей, так что выслеживание превратилось в марафон с простой целью — догнать засранца как можно быстрее, дабы осталось побольше времени светового дня для сражения. На все про все ушло около часа, и впереди послышался скрип разрываемых лезвиями деревьев. Еще через минуту показался хозяин стаи собственной персоной в окружении свиты из тридцати-тридцати пяти недоволков.
Первым делом следовало избавиться от волчьих излишков. Обойдя всю процессию с правой стороны, Сколотов активировал фантома, для острастки запустив у него из-за спины усиленную ледышку, стрела вонзилась в ближайшую тварь и пробила ее насквозь, взорвавшись осколками позади. Лес огласил многоголосый вой ярости, и вся толпа кинулась за улепетывающей иллюзией. Мелкие, более проворные мутанты обогнали своего вожака, рычащей массой ворвавшись в кусты. Олег последовал за ними, план был прост: создать разрыв между основным недоволком и его прихлебателями, зажарить мелочь, пока она без поддержки, и потом уже разбираться с основной целью. Пока Сколотов будет возиться со стаей, внимание вожака займет Вилка, поэтому надо все сделать как можно быстрее, даже с недавним апгрейдом сомнительно, что некроолень долго продержится в бою один на один с подобным чудищем.
Отогнав исходящую слюной толпу достаточно далеко, Олег остановил фантома и поставил перед ним барьер. Как и в прошлые разы, мозгов у недоволков на обнаружения препятствия не хватило, и несколько тварей размазало по невидимому препятствию силами своих собратьев, образовалась куча-мала, серая масса давила вперед, вжимая передние ряды в стену, наконец недоволки сообразили и начали обходить препятствие по бокам, но уже было поздно, запас прочности барьера иссяк и он со звонким треском рванул россыпью переливающихся на свету осколков. Острые грани располосовали с десяток верещащих от боли тварей, крупные куски оставляли широкие резаные раны, орошавшие все вокруг кровавыми фонтанами, средние оставляли тонкие порезы, а самые мелкие, почти незаметные, прорезали свой путь под шкуру монстров, да там и оставаясь причиняя невыносимую боль при каждом движении, все глубже зарываясь в тело.
Уже завершая заклинание, тело уловило посыл, что время настало, и вынырнуло из теней, самостоятельно запустив парочку огненных сгустков в сторону врага. Последний жест замкнул контур и с пальцев сорвались ветвистые росчерки молний, накрывшие всю толпу монстров щелкающим и шипящим потоком электричества. Вонь паленой плоти моментально затопила пространство, два десятка верещащих и дергающихся тварей представляли из себя жуткое зрелище. Под напором неумолимой стихии живые тела ломало в пугающей тряске. Ничего не видящие, потерявшиеся в пространстве волки наугад вгрызались друг в друга, рвали соседей, когтями насаживали едва шевелящиеся тела на лезвия; кровь, густо заливающая землю, тут же спекалась добавляя новых оттенков к тошнотворной картине массовой гибели. По ощущениям, мана уже вплотную подобралась к отметке в пятьдесят процентов, и Сколотов остановился, затраты стали слишком велики — такими темпами на босса ничего не останется, использовать поток молний повторно сразу нельзя, иначе он запустится с теми же настаканными расходами энергии, придется поработать по старинке. Совсем по старинке не получилось, подсознание, обрадовавшись возможности помахаться, ринулось вперед, вгоняя лезвие кинжала в череп ближайшего, относительно целого, противника. Олег решил не препятствовать этому порыву, надо когда-нибудь начинать осваиваться в ближнем бою, почему бы не сейчас? Сосредоточившись на словесных кастах, он поливал поле боя фаерболами и ледяными стрелами, заодно переставляя барьер, чтобы он постоянно прикрывал тылы увлекшемуся резней телу. Геноцид шел успешно, если не считать десятка легких ран, тут же залеченных исцелением, и то половину пропущенных ударов можно было списать на максимальную спешку. Чем дольше они тут возились с мелочью, тем тревожнее становилось за Вилку, однако недоволкам все беспокойства были до лампочки, и они уперто отказывались подыхать. Незнамо сколько пришлось провозиться, пока последний мутант в прыжке не встретил железный щит и словил свой последний удар кинжалом в живот; по инерции тушу монстра протащило вперед, превратив укол лезвием в рассекающий шкуру разрез. Поспешно отведя взгляд, дабы не наблюдать вываливающиеся из брюха внутренности, Олег помчался назад.
У Вилки все оказалось на грани, вожак щеголял несколькими кровоподтеками от ударов копыт, одной серьезной раной на правом боку и несколькими разрезами на передних лапах. Нежить же едва могла держаться на ногах, так как одна из задних конечностей попросту отсутствовала, костяная броня осталась только на спине, да и то вся покрылась трещинами и сколами, токсичный свет ядра померк втрое по отношению к нормальному состоянию, и завершающим штрихом печального состояния некрооленя был пробитый множеством лезвий череп, держащийся единым куском только за счет внушительных затрат энергии. Сколотов замешкался, в его мыслях противостояние с боссом недоволков должно было происходить из-за спины суммона, о чем сейчас можно забыть: даже с дополнительными вливаниями маны восставший не сможет сдерживать напор чудовища ни минуты, что напрямую приводит к схватке лицом к лицу с этой машиной уничтожения, чего Олег изначально хотел избежать, но секундная растерянность привела к неожиданным результатам. Подсознание, не обремененное беспокойством за целостность общей со Сколотовым тушки, сомневаться не умело, зато умело выкидывать безумные трюки: перехватив управление, тело на бегу зацепилось за ветку ближайшего дерева и как обезьяна взмыло вверх, не обращая внимания на многочисленные царапины от хлещущей в лицо растительности. Метрах в четырех от земли легкая женская фигура перескочила на соседнюю лиственницу и с воинственным кличем спикировала на спину вожака недоволков, со всей силы вонзив свое оружие ему в загривок. Будь у Олега в руках какой-нибудь анимэшный двухметровый меч-шпала, этот маневр, возможно, и принес бы пользу, но с коротким ножичком… длины которого пусть и хватило пробить толстую шкуру, но нанести ощутимый урон — уже нет. Зато для того, чтобы привести монстра в бешенство, укола оказалось достаточно, взревев, как взлетающая ракета, огромный недоволк завертелся на месте, устраивая своей глупой наезднице настоящее родео, Сольвейн изо всех сил цеплялась за рукоятку кинжала, пытаясь не свалиться под когтистые лапы и не оказаться разорванной многочисленными зазубренными крючками внушительных лезвий на спине твари, пока Олег лихорадочно соображал, что делать. После очередного резкого разворота, когда сустав левой руки к чертям выбило с положенного места, идея возникла сама собой, и уже следующий безумный рывок мутанта закончился лбом в барьере, послышался хруст то ли черепа, то ли заклинания, и морду волка осыпали острые осколки. Следующий рывок вновь закончился ударом об стену, на этот раз боком; помяв бока об препятствия, вожак остановился и, подняв морду вверх, пронзительно завыл.
“Ну нет, гнида, твоих друзей нам тут не надо”, — и ледяная стрела, сорвавшись с рук, вонзилась прямо в темечко, погрузившись сантиметров на десять в череп, в ответ сзади раздался сухой щелчок, и пять лезвий пробили спину Сколотова, настал его черед выть от боли и материться, досталось и самому вожаку: множество металлических клинков торчали из его шкуры, шерсть под Сколотовым начала намокать от их общей с тварью крови. Следующий град жалящих игл он принял на барьер, чем довел мутанта до исступления. Не замечая ничего перед собой, тварь ринулась вперед прямо на выставившего рога Вилку, страшный удар потряс всю тушу, но тварь не остановилась. Олег увидел как некрооленя с переломанными рогами откинуло в сторону, а потом весь обзор закрыла густая листва. На максимальной скорости огромный волк несся по лесу, сминая все впереди себя, то одним, то другим боком притираясь к стволам деревьев, волшебницу на спине обезумевшей твари болтало, как тряпичную куклу. Сколотов пытался выговорить хоть усеченную формулу заклинания, но бешеная тряска не позволяла этого сделать, и вот на резком развороте он не успел среагировать, нога по скользкой шкуре съехала вниз и оказалась зажата между тушей монстра и поросшим мхом валуном. В одно мгновение все ткани и мышцы оказались спресованы, как от удара бетонной плиты, от костей осталось одно крошево. Падая на землю за мгновение до того, как сигнал о жутких повреждениях дошел до мозга, Олег выговорил последнее слово заклинания, и несущееся на огромной скорости тело чудовища врезалось в барьер.