Агонизирующие от разрывающей боли тела обоих противников издали душераздирающие крики, слившиеся в единую какофонию мук. Пытаясь справиться с дрожащими руками и зубами, Олег выдавливал из себя ключ-активатор магии света, пока ворочающийся в стороне вожак тряс раскроенной в кровь головой. Еле ворочаясь, тварь подняла хвост и щелчком отправила в волшебницу рой лезвий; едва успев поставить барьер, Сколотов подцепил к нему канал маны и начал восстанавливать прочность, одновременно хрипя исцеление. Два упрямства встретилось посреди проклятого леса, волк раз за разом осыпал стену новыми кинжалами, заставляя Олега тратить все силы на его поддержание.
— Да сдохни ты, гребаная скотина, просто отдай концы и вали в ад.
В ответ на эту тираду волк, как показалось попаданцу, издевательски засипел.
“Ладно, сука, думаешь, я тут буду вечность сидеть и ждать”, — дождавшись очередного потока снарядов, Сколотов убрал барьер и, активировав мудрость змея, накрыл вожака разрядами молний. Чудовище корчилось от боли, но все равно продолжало осыпать Олега лезвиями; один залп ушел в сторону, еще один выше и третий по касательной задел цель, два металлических клинка вонзились в левое плечо и живот. Внутри образовалась пустота, намекающая на критические значения запасов маны, но Олег продолжал поливать уже недвижимую тушу до тех пор, пока удержание заклинания чуть не вырубило его сознание.
“Ну что? Как тебе, блохастая псина? Нехрен было со мной связываться, — запущенный со злости в мертвое тело камешек пролетел не больше пары метров и закатился в траву. — Ух, мать… похоже, это уже входит в привычку, что ни бой, то хоть рядом с противником в могилку клади”.
Времени на восстановление ушло до конца дня, когда Сколотов смог подняться и вызвать потрошителя, оставив того работать, сам прихрамывая, отправился искать Вилку. Некроолень нашелся в печальнейшем состоянии, последний удар дался ему высокой ценой, череп все-таки развалился на две части, а остальные кости представляли собой груду переломанных осколков, энергия все еще теплилась в ядре, но без подпитки нежить мог отправиться в другой мир через минуту. Можно было вытащить восставшего и из такого состояния — долго, затратно, но можно, в другое время Олег бы так и сделал, в другое…
“Извини, брат, но сам понимаешь, на корабль я тебя никак не протащу, так даже лучше, не собирался я тебя оставлять стоять в лесу, пока мана не кончится. Не по-человечески как-то… — из груди вырвался тяжелый вздох. — Слушай мой последний приказ, Вилка, — ты свободен”. Остатки зеленой энергии без сопротивления высвободились и прозрачными облачками неспешно растаяли в воздухе, последний целый глаз некрооленя затух, обратив все тело в обычную груду костей. Постояв минуту в тишине, Сколотов устало опустился на землю; нет ничего ужасного в исчезновении некросуммона, просто состояние стало таким хреновым, наверное, раны снова разболелись от ходьбы, наверное…
Кое-как переночевав, с утра Сколотов занялся разборкой трофеев; с босса недоволков на удивление налуталось множество материалов, и даже его белая шкура практически не подпортилась от молний. Поразмышляв над куском белоснежного меха, Олег принял решение: “Ну что, Пантерыч, готов к переезду? — в ответ раздалось недовольное мяуканье. — Не вредничай, надо, значит, надо”. Стащив свой сэт, он закинул его во вневременной станок вместе со всем ворохом волчьих ингредиентов, добавив на всякий случай еще барахла из инвентаря, поставив на максимальное время, засел рассматривать особый лут с босса. Конечно, в этом мире нельзя было с уверенностью сказать, что найденный кроваво-черный камень является особо ценным материалом, но с другой стороны, а почему бы и нет, потрошитель его вырезал из груди твари, фиговина фонит в магическом плане и вообще до крайности подозрительная, осталось только закинуть ее в ониксовую печь вместе с лезвиями со спины мутанта и посмотреть, что выйдет, авось не рванет.
При поддержке предметного духа статы нового сэта должны оказаться более-менее подходящие хозяину, это одна из полезных особенностей Пантерыча. Другое дело, что заставить его лезть в другую шмотку сразу после крафта этой — не выйдет, а значит, придется носить то, что получится, и дай бог, это не будет две нитки да и то на шею, чтобы сразу повеситься от такого дизайна.
На этот раз вертеться на месте, пытаясь разглядеть очередную поделку, не пришлось, натянув сэт, Сколотов просто создал свой фантом и обстоятельно осмотрел его вокруг.
“Сегодня рандом послал страждущему одежку из ниток, прямо как заказывали, не два шнурка, конечно, а нечто более интересное: цельный комбинезон из белой крупноячеистой сетки, вот такой вот прикол — обвязали как молочную колбасу, средний размер ячейки в четыре квадратных сантиметра, все это плотно обтягивало все тело до самой шеи. Кроме сеточки, имелась пара полусапожек, миниюбка, которая в нашем случае скорее микроюбка, на левой руке кожаный наруч, правая закрыта в шкуры полностью даже с перчаткой и головой волка на плече, небольшая, совсем коротенькая накидка, переходящая в просторный стоячий воротник, закрывающий пол-лица, только глазенки торчат, шлема на этот раз не полагалось, только повязка на лоб — и все это скопом оторочено белым волчьим мехом, из дополнительных аксессуаров — пушистый волчий хвост, для отъявленных фетишистов, так сказать. Грудь на этот раз осталась вообще неприкрыта, обтянули сеточкой и хватит”.
Пантерыч недовольно порыкивал в новом вместилище, видно, кошачье обличье было для него привычней, погладив огорченного духа, Сколотов полез в характеристики, возмущаться уже в третий раз не было смысла, он знал, что получит порнонаряд — знал, вот ожидания и сошлись с реальностью, пространства для негодования нет. Статов отсыпали неплохо: по пятерику к ловкости, акробатике и мане, среднее сопротивление к воздуху, земле, природе, свету, полный комплект старых особенностей во главе с энергетическими потоками и охотничий азарт.
“Так, а вот азарт — это что-то новенькое, — Олег уже был готов лезть в фолиант, чтобы обнаружить очередную мозголомную пассивку которая усложнит его жизнь, но нет, на этот раз описание оказалась на месте, что означало привязанность особенности к сэту, итак:
Охотничий азарт — способность добавляющая бонусы при каждом убийстве противника, усиления стакаются и зависят от силы и разновидности жертвы. Внимание! — время действия каждого бафа индивидуально.
Да прямо сокровище, а не шмот, никаких тебе неприятных сюрпризов, никаких трешовых бонусов все отлично, ну… — Олег осмотрел себя со стороны. — Почти отлично”.
Вторым крафтом был кинжал из того самого кроваво-черного камня. Осмотрев поделку, Сколотов задумчиво почесал голову и убрал его в инвентарь, решение по нему он отложил на потом.
*
Ровно через два месяца нога попаданца ступила на палубу летучего корабля. Цидиан сдержал свое слово и отгрузил неудобного разумного на дирижабль к менее привередливому капитану, заплатив тому несколькими кристаллами. Сколотов, наверное, даже прослезился бы от такой щедрости, если бы не знал, что денег отваливают за то, чтобы он свалил от славного города Решни куда подальше.
“Эх, Свеи, ты там держись, не спались раньше времени этим засранцам”, — подумал про себя он. На этот раз морочиться с маскировкой под мужика Олег не стал, просто подправил свою внешность до уровня серой мыши, чтоб в глаза не бросаться, и решил на этом остановиться. “Серый Кур” — как капитан соизволил назвать свой корабль, был тут пролетом, так что задерживаться не будет и через час отправится в новый город. Почему-то у Сколотова было хорошее настроение и положительные предчувствия; главное, чтобы это корыто летало не как кур, а как что-нибудь более приспособленное к долгим перелетам.