Утро для Сколотова выдалось приятным, потому что, продрав глаза, он совершенно неожиданно для себя обнаружил под боком спящую Диану. Автопилот вечером сработал в штатном режиме и доставил его до комнаты, озаботившись и барьером у двери, и часовым под кроватью, так что, несмотря на отсутствие четких воспоминаний о купании, жаловаться было не на что. Получив от раздосадованной красавицы по шапке за то, что задрых, не дождавшись ее, Олег мог приступить к запланированной работе. Он сожалением покосился на угол комнаты, где только что истаяла фигура теневой волшебницы, оставив свою провинившуюся подругу без утренних ласк. И никакие ухищрения на этот раз не помогли — они с подсознанием были наказаны до вечера.
Прикинув оставшееся время до сбора наемников Волих, он решил что часик в его распоряжении имеется. При активации профессии на столе объявилась сразу парочка рабочих сумонов — артефакторика была снабжена живыми мастерами для создания магических предметов. Первой была маленькая, сантиметров пятнадцать в высоту фея. Она зависла над столом, усиленно работая своими прозрачными крыльями, из-за чего создавалось ощущение, что у малышки за спиной бушует постоянный радужный вихрь. Одета она была в платье из прошитых тоненькой нитью кленовых листьев красного и желтого цветов. Кукольное личико обрамляли короткие салатовые волосы, а в руках она придерживала парящий в воздухе шар энергии размером практически с нее саму. Сфера фиолетового цвета, едва касаясь ладошки хозяйки, левитировала в воздухе, слегка искажаясь от каждого движения, а иногда от нее отрывались небольшие капельки, чтобы секундой позже вновь слиться с основой. Вторым мастером был бородатый гном, таких же, как фея, габаритов. Лицо лилипута было полностью закрыто пышной бородой, усами и густыми бровями, так что даже глаз разглядеть было невозможно. На голове суммона стоял торчком, как накрахмаленный, высокий красный колпак, на шее висела круглая золотая медаль на цепочке размером с половину гнома. Старичок объявился с целым набором непропорционально больших кузнечно-ювелирных инструментов и механической наковальней на колесиках.
Как и все остальные магические помощники, эта парочка для разговоров была не расположена, так что на машинальное приветствие гном ответил ехидным хмыком, а фея веселым писком. Выдав им весь запас необходимых материалов во главе с двумя магическими кристаллами, Олег засел завтракать. Через сорок минут работа была окончена. Разделение обязанностей между суммонами было такое: гном взялся обрабатывать металлическую основу и оправу для камня, а фея, затянув кристаллы в свою энергетическую сферу, все время крафта с задумчивым лицом плавала по воздуху, изредка запуская в водянистую поверхность сферы свои крошечные пальчики. Результатом их работы стало два кольца: черная увесистая печатка и тоненькое колечко с распустившимся медным цветком. Печатка оказалась с ледяным шипом. К сожалению, в артефакт влезла только базовая версия заклинания, зато цельных десять зарядов, без времени каста и с полным циклом зарядки в два часа. Другое колечко вместило в себя барьер, что, в отличие от своей первоосновы, в виде магического камня стал менее бесполезным — десятисантиметровый барьер расширился до полноценного и приобрел эффект автоматического срабатывания. Это означало, что артефакт должен был реагировать на угрозу владельцу и самостоятельно ставить преграду. Вот только каким образом он определяет, когда угроза реальна, а когда нет, было решительно непонятно. Если брать действенность подобных предметов из игры, то там они не ошибались и работали как часы, что скорее всего, справедливо и для этого мира, так как логика системы еще ни разу не нарушалась относительно Олега и того, что он создал. В любом случае, польза от второго колечка была сомнительной — одноразовый барьер самой начальной прочности с перезарядкой в двадцать четыре часа. Ладно, пригодится, решил Сколотов и забросил артефакт в инвентарь, печатку же сразу надел на палец. Артефакты не были целевым крафтом, так что могли подстраиваться под владельца, в отличие от сэтов. Шмотки создавались для определенного персонажа и изначально подходили по фигуре только ему. Можно было создать вещь для кого-то другого, получив от него свиток-контракт, или через ритуал запаковать вещь в сверток, который при открытии автоматически подстраивал содержимое под нового хозяина. Для этого трюка нужен был полноценный магический камень малой емкости, которые в игре не были столь уж дорогими, в отличие от их аналогов в новом мире. Артефакты же не имели такой сложной системы, и те же колечки просто меняли размер по руке носителя, используя для преобразования свою внутреннюю ману. Так что можно было лицезреть уменьшающееся прямо на ладони кольцо, как в одной общеизвестной саге про лохматоногого карликового приключенца.
Спустившись вниз, Сколотов застал неприятную сцену: одна из Цветов стояла около стойки с внушительным фингалом под правым глазом, а в отдалении от нее наемник спорил с Суликой о величине компенсации за травму девушки. Сзади засранца подпирал Винтс с озверелым выражением лица, отчего клановец заметно нервничал, но не сдавался, пытаясь скинуть пару серебрушек. В принципе, встревать никакой необходимости не было — это не случай с Лукой, тут Цветы разберутся и сами, но к стражнику у Олега было небольшое дело.
— Здорово, Винтс, извини что отвлекаю, всего на пару слов.
— Не видишь, я занят? Погоди пару минут, разберемся с этим героем-любовником.
— Да уж, тот еще тип, — Олег покосился в сторону немного притихшего наемника. — Терпеть не могу таких, но я, честное слово, спешу, мне надо… — его речь прервал звон монет о стойку — клановец, почему-то мгновенно передумав, заплатил сколько просят и пулей вылетел за дверь. Видно, Сулика его все-таки дожала. — Э-э-э… так вот, мне на сходку наемников Волих надо спешить, так что всего минуту займу.
Странно посмотрев на Сколотова и всед ушедшему, Винтс ответил:
— Ладно, что там у тебя?
— Ближе к вечеру должны зайти несколько мусорщиков, у меня с ними небольшое дельце. Если меня к тому времени не будет, можешь устроить так, чтобы их не выперли с территории клана до моего прихода? Честное слово, рассчитаемся, и они сразу уйдут. Могу заплатить, сколько стоит твое беспокойство?
— Ничего не надо, я еще не настолько озверел, чтобы за каждую мелочь деньги с нормальных людей драть. Но учти, внутрь не пущу, пусть где-нибудь в закоулке подождут.
— Договорились, я думаю, они будут не против. Ну, блага тебе, — обернувшись, Олега наткнулся взглядом на сидящую за столом Цариту, которая с еще несколькими девушками утешала всхлипывающую пострадавшую. Красавицу было жалко до кровавых соплей, соплей того гада, который минуту назад катапультировался из заведения. Будь его воля, начистил бы уроду морду, и, судя по выражению лица Винтса, в тот момент, он бы тоже предпочел подобный метод решения вопроса. Но у Цветов было заведено по-другому, и влезать со своей моралью в чужой монастырь было недальновидно. На секунду перед глазами промелькнуло видение того, что на месте вытирающей слезы девушки сидит Царита, и уже не думая ни о чем, Сколотов извлек из инвентаря кольцо, и как будто получив невидимого пинка от подсознания, подошел к столу.
— Можно тебя… — он аккуратно тронул за плече красавицу.
Та обернулась, и недовольное лицо Цариты тут же покраснело. Она поспешно опустила глаза в пол, как будто считая себя в чем-то виноватой перед ним.
— Знаю, момент совсем не подходящий, но я, к сожалению, очень спешу и хотелось бы сделать это сейчас.
Не став больше ничего объяснять, в ответ на вопросительный взгляд Цариты, он взял ее руку и вложил в ладонь кольцо, на пару секунд задержав свои пальцы, чтобы прикрыть трансформацию артефакта под размеры пальчиков новой хозяйки.
— Это небольшой подарок, и извини, мне действительно надо идти.
Уже начинало светлеть, и Сколотов что есть силы припустил по направлению к землям Волих. Столкнувшись на границе территории цветов с группой головорезов, засевших в переулке, он проскочил мимо них в тенях и отправился дальше, на подсознательном уровне отметив, что банда кого-то ждет. Возможно, стоит предупредить Винтса по возвращении, хотя особо беспокоиться не нужно — Цветы со своих улиц никуда не уходят, а патрули стражи состоят исключительно из матерых рубак, которым эта засада на один зуб.