Пятна спермы на её животе смотрелись прекрасно. Следуя своим желаниям, Наруто принялся втирать её ей в живот легкими массажными движениями. Почему-то он подумал о Кибе: тот точно теперь мог сказать по запаху, что они делали.
Хьюга пропустила момент, когда клоны заняли места по бокам кровати и опустились на колени. Она поняла, что он задумал, только когда они практически синхронно дотронулись до её груди. Наруто чувствовал удовлетворение, наблюдая, как Хината резко прогнулась в спине, когда его клоны принялись посасывать её грудь. Она замычала, замотала головой, на её глазах выступили слезы.
Она правда считала, что грудь никогда не станет её эрогенной зоной. Слишком большая, она часто притягивала внимание, в то время как Хината хотела скрыться от чужих глаз. И когда Наруто впервые всосал её сосок, провел по нему языком, она поняла, что это было феерично, она получила от этого удовольствие. Теперь же это ощущение было сразу на обоих грудях: то его язык очерчивал соски, то он прикусывал нежную плоть — совсем слегка, но посылая электрические разряды по её телу. Слишком много было ощущений, ей хотелось кричать. Она стонала, ерзала, дергала связанными руками, сама не понимая, чего точно хочет: остановить его или чтобы он продолжал вечно?
А потом он прикоснулся к ней там. Снизу. Провел еле-еле, касаясь пальцам по самому чувствительному участку кожи.
Узумаки повторил свое предыдущее движение, надавливая чуть сильнее, и с удивлением заметил, как выгнулись её стопы, как она дернула тазом, словно желая отползти от него. Но нет, он снова был готов, снова уверенный и желающий дойти до конца. Он принялся аккуратно растирать припухший бугорок у основания её половых губ. Чередуя жесткость надавливания и скорость движения, Наруто с детским восторгом наблюдал, как она билась, связанная веревками.
Внезапно Хината стала громче: она завыла, откинула голову и притихла. Наруто провел ещё пару раз по плоти, наблюдая, как подрыгивают её веки. Один из клонов выпустил её грудь и принялся развязывать веревки. Сначала он освободил руки, потом ноги, которые тут же подхватил под колени оригинал. И уже в самом конце, нежно приподнимая голову, клон расстегнул кляп и вынул его.
Наруто тут же развеял клонов, подался вперед и поцеловал её. Требовательно, пробуя её на вкус, поглаживая её язык.
— Сейчас может быть больно, — прошептал он ей в губы и подался вперед. Уже пристраивая головку к её входу, Наруто подумал о пальцах. Он должен был начать с пальцев, растянуть её и уже после входить в неё. Он чуть отстранился, но, словно почувствовав его сомнения, Хината обняла его за шеи, её ноги обвили его талию и прошептала:
— Все будет хорошо.
Он вошел резко, но не до конца, скорей всего, на две трети и тут же сдавлено застонал.
— Блять! — выдохнул он ей на ухо. — Как же охрененно…
Как же ему было классно. Тугая, теплая, влажная, крепко сжимающая его член, она была прекрасна. К черту его руку, к черту мастурбацию. Он нашел рай.
Она не плакала и не шипела: боль была ей привычна. Она была шиноби и могла потерпеть небольшой дискомфорт несколько минут. О том, что её неприятно, Наруто понял по крепко сжимающим его ногам. Она сцепила за его спиной лодыжки и была сильно напряжена.
— Тсс, сейчас все пройдет. — Наруто принялся гладить её волосы, покрывать лицо поцелуями и шептать глупости. Ему было сложно сосредоточиться на этом: желание двигаться и достичь кульминации было сильным, это было практически потребностью.
Наконец дыхание Хьюги выровнялось, она расслабилась, откинулась на подушки, хватка на его талии стала слабее, и Наруто двинул тазом, отстраняясь. Он вышел из неё полностью, а потом вошел обратно, погружаясь в неё на всю длину.
— О, Ками! — Наруто уткнулся ей в шею, пытаясь выровнять дыхание и хоть чуть-чуть отвлечься, но она так божественно ощущалась, плотно обхватывая его член.
Он двигался рвано и хаотично, Хината, все ещё не сильно привыкшая к незнакомому чувству, пыталась сосредоточиться на чем-то приятном, на его стонах, на том, как он тяжело дышал, как взмокли его волосы, доказывая его напряжение. Это она с ним делала — никто другой, именно она. Он входил и выходил из нее, упирался коленями в кровать, держал её за талию, крепко, почти больно, говорил что-то бессвязное, зовя её по имени.
— Хината. — Наруто произносил её имя как молитву, снова и снова ускоряясь. Ему оставалась так немного. — Я скоро…
И в этот момент он вспомнил о всех своих обещаниях. Его левая — целая — рука скользнула вниз, к её лобку. Крепко прижав ладонь к низу живота, Наруто начал вырисовывать круги от основания её половых губ. Увеличивая силу давление, он ласкал её, все ещё нежно и аккуратно, стараясь не быть грубым. И это ему многого стоило.