От встречи к встрече Узумаки замечал, как язычок молнии на её безрукавке упускается ниже. Она красила свои губы, подчеркивая их аккуратный контур, выделяя то, насколько они были пухлыми и идеальными. Ино так делала практически всегда — ещё с тех пор, как была генином, когда в ней ещё только угадывалась будущая грациозность. Она подводила свои глаза совсем чуть-чуть, но Наруто замечал. И это было нормально. Это было естественно, но не для Хинаты: это было вне её зоны комфорта.
День ото дня мысли Наруто становились все путанее и путанее: он пытался понять, что могло сподвигнуть Хьюгу к таким переменам. И единственный логичный вывод: ей кто-то нравился.
Мысль о том, что Хината делала все это для кого-то, его злила. Хината была замечательной. Наруто это знал. И если кто-то был слеп и глуп настолько, что ей приходилось выставлять себя на показ, стараться приукрасить себя, одеться так, чтобы на неё смотрели как на кусок мяса, то её выбор был ужасен. Хината заслуживала лучшего.
Наруто терпеть не мог несправедливости и, тем более, когда кто-то причинял вред его друзьям. Он должен был с этим разобраться.
Наруто был шиноби. И, если ему была нужна информация, он мог её достать. Всё, что ему требовалось, — это немного смекалки. Он постарался подготовиться, тщательно все продумать. Выждав пару дней, джинчурики дождался подходящего времени: Хината отправилась на миссию с Кибой.
Пробраться в поместье Хьюга было чистой воды самоубийство, но он был готов рискнуть. Выжидать ночи не было смысла: от Бьякугана не спасала темнота, наоборот — ночью шанс того, что кто-то активизирует свою родословную, был велик. А вот послеобеденное время подходило как нельзя лучше: никаких клановых тренировок, никаких ночных патрулей возле главного дома.
Открыть окно её комнаты было просто. Всего-то нужна была проволока и небольшой, практически незаметный зазор между рамой и подоконником. Придав проволоке вид длинного крючка, Наруто просунул её в зазор. Теперь оставалось дело за малым: повернуть щеколду. Он укрепил металл чакрой совсем чуть-чуть, чтобы никого не привлечь и, высунув язык от усердия, Наруто ухватил крючком на конце проволоки щеколду, а потом потянул её.
Окно было открыто. Наруто пробрался в комнату и огляделся. Здесь было уютно. Ощущалось влияние кланового воспитания, но комната так или иначе передавала индивидуальность владельца. Это была не безликая строгая обстановка — это было простое и легкое сочетание темных и светлых тонов. Стопки учебников, по которым Хината подготавливала для него занятия, ширма у кровати, небольшой туалетный столик, кровать с нежно-лиловым покрывалом.
Наруто недолго оглядывался по сторонам. Ему требовалось узнать, кто был тайным увлечением Хинаты. Он осторожно передвигался по комнате, ища хоть что-то. Ему следовало быть внимательным, возвращать вещи на свои места, запоминать, где они лежали. В комнате была идеальная чистота: пыли не было даже под кроватью, куда он заглянул от безнадеги.
Уже в самом конце его обыска единственным местом, что он не проверил, осталась мусорная корзина, но он уже и так задерживался, ему следовало срочно покинуть дом главы клана. Уходить ни с чем Наруто не хотел: он вытащил черный пакет из корзины, крепко завязал его и выскользнул в окно.
Глава 4
Наруто перечитывал измятые письма вновь и вновь. Это был ответ на все незаданные Хинате вопросы. Все было ровно так, как он и предполагал. Хината была влюблена.
Наруто ещё раз проверил содержимое пакета. Несколько фантиков, поломанная ручка, пара испорченных сухоцветов и несколько ватных дисков. Больше писем не было. Хотя Наруто не знал, куда уж больше. Шесть было вполне достаточно.
Он сидел на полу в своей комнате, высыпав мусор перед собой. Черная куртка висела на стуле, его спина упиралась в кровать.
Это было… Внезапно. Словно его разыгрывали. Признания, предназначенные ему, от человека, от которого он ожидал меньше всего на свете.
Все казалось неуместным. Мусор посередине комнаты, солнечный свет, льющийся в окно, разве для шокирующих новостей не была предназначена ночь?
На самом деле, не было ничего сверхъестественного в том, что он кому-то нравился. Теперь. Но…
«С самой первой встречи я люблю тебя».
Самая первая встреча? Наруто не мог её вспомнить, наверняка, это было в Академии. И это было странно. Сколько они друг друга знают? Десять? Одиннадцать лет? И если верить написанному, то все это время она его любит.