После чего выложил передо мной сложенный лист бумаги. Я развернул его и увидел, что тот исписан аккуратным убористым почерком. Я тут же присел к столу и вооружился писчими принадлежностями, сначала попробовал на сухую, потом макнул перо в чернила и начал выводить слова, подражая женскому почерку.
Поначалу выходило вроде и похоже, и в то же время существенно отличаясь от оригинала. Но вскоре начало получаться всё лучше и лучше. Через час, изведя прорву бумаги, я сумел написать копию письма, отличающуюся от оригинала только качеством бумаги, и свежестью чернил. Светлаков взял оба экземпляра, тщательно сличил их, а через несколько минут восхищённо покачал головой.
— Просто невероятно. Если когда-нибудь пожелаете поступить на службу к князю Глинскому, знайте, Суханов, мой начальник, вцепится в вас руками и ногами.
— Вот уж чего я делать не собираюсь ни при каких обстоятельствах. Только минимальный срок на императорской службе. Предпочитаю быть свободным от каких бы то ни было обязательств, за исключением присяги государю.
— Полагаете, что такое возможно? — хмыкнул дознатчик.
— Взнуздать можно любого, и я не исключение. Вот только стоит ли овчинка выделки, — глядя ему прямо в глаза, твёрдо произнёс я.
— Смотрю я на вас, Роман Тимофеевич, и меня не отпускает чувство, что передо мной не недоросль, а взрослый муж. Больно уж по-особому вы держитесь.
— Князь Игорь в пятнадцать лет водил полки против булгар, да бил их в хвост и в гриву, — подмигнул я.
— И таких исторических фактов немало, — кивнув согласился Светлаков.
— Ну вот видите.
— Только в исторических хрониках не поминаются дядьки, воеводы и полковники, что были за спинами этих юных дарований.
— Значит мне по голове прилетело настолько знатно, что разум всколыхнуло.
— Возможно. Ну что, пишем письмо? — сменил тему дознатчик.
— Диктуйте…
Когда я закончил писать, Светлаков ещё раз перечитал написанное, запечатал письмо печаткой, весьма похожей на ту, что имелась на предоставленном им письме. Вот так, навскидку подделку не определить, только если задаться целенаправленной проверкой. И наличие этой печатки меня ничуть не удивило. Разве только оперативность с какой ему удалось заполучить нужный амулет.
— А если он отправится к ней в имение не утром, а прямо в ночь? — высказал я своё сомнение.
— А вы хотели бы отдохнуть? — спросил он, похоже уже предполагая мой ответ.
— Вообще-то, я успел соскучиться по удобной постели, — я и не подумал изображать из себя стойкого оловянного солдатика.
— Ну так наслаждайтесь. Он получит письмо завтра после полудня. У вас будет время подобрать место для засады.
— А вы?..
— Я покажу вам дорогу, которую он не сможет миновать, и на этом, мы с вами расстанемся.
— Но он может быть не один.
— Я создам условия, а уж сочтёте ли вы их благоприятными или нет, решать вам.
— Тогда, доброй ночи, — понимающе усмехнувшись, пожелал я.
— Завтра к одиннадцати утра выходите из города через Северную заставу и идите прямо по тракту. Доброй ночи, — обозначил поклон Светлаков.
Он прислушался к происходящему в коридоре и выскользнул из моей комнаты. Я же запер дверь и раздевшись с удовольствием растянулся на постели, наслаждаясь белыми накрахмаленными простынями. С вечера успел посетить мыльню и с удовольствием смыл с себя дорожную грязь, теперь же намеревался в полной мере насладиться отдыхом. Вот же. Словно и не было трёх лет на передке, в условиях далёких от комфорта…
Ближе к полудню рассчитался с владельцем гостиницы, заявив, что намерен продолжить путь в Варшаву. Но вместо этого воспользовался первым же закоулком, чтобы отправить свой саквояж в «Котомку» и облачиться в плащ с высоким воротником и широкополую шляпу. Погода испортилась и плюсом к похолоданию начал накрапывать дождь.
Покончив с маскировкой выдвинулся к Северной заставе, где мы договорились о встрече с дознатчиком. Как и было условлено, миновав её, направился прямиком по тракту. За первым же поворотом, стоило скрыться от глаз солдат, я увидел Светлакова сидящего на поваленном стволе дерева, к которому были привязаны две лошади. При моём появлении он поднялся, отряхнул с одежды крошки коры, и вскочил в седло. Не произнеся ни слова, я повтори его манёвр, и мы помчались по дороге.
— Чесляк получит письмо в час пополудни, — наконец произнёс мой спутник.
— То есть, у меня есть запас по времени минимум в полтора часа, — резюмировал я.
— Именно.
— Что же, полагаю этого времени более чем достаточно. Что потом?
— Вы выберете место для засады. Я оставлю вас и направлюсь к почтовой станции у села Мациевка. Жду вас там до утра, после чего уезжаю один. Надеюсь у вас достанет ума не приходить туда, если вас станут преследовать?