— Потрудитесь держать ваше мнение при себе. И извольте извиниться за свои слова.
— Не вижу ни единой причины, отчего должен промолчать. И уж тем паче не понимаю, с чего мне следует извиняться.
— А вы дерзки для недоросля.
— Вы даже не представляете насколько.
— Опять дерзите, — покачав головой, сокрушённым тоном произнёс он.
— Понимайте как знаете.
— А дерзость следует наказывать. Я хотел бы поговорить с вашим опекуном. Назовите пожалуйста его имя.
— Дуэль? — вздёрнул я брови.
Моему искреннему удивлению не было предела. Впрочем, тут это просто. Не скажу, что кругом одни храбрецы, хватает и тех кто предпочитает отсиживаться под веником или даёт заднюю, не без того. Но в общем и целом, господа дворяне шустрые и дерзкие как понос. Такое впечатление, что попал на страницы романа «Три мушкетёра».
— Отчего же, меня устроят ваши извинения, здесь и сейчас, или же позже, в присутствии вашего опекуна. Но в этом случае я вынужден буду настаивать на наказании.
— В смысле, потребуете чтобы меня высекли? — невольно развеселился я.
— Дерзких недорослей нужно учить уму-разуму.
— Что же, в таком случае вынужден вас разочаровать. Извинятся я не стану, ибо не вижу для этого причин. А буде вы станете настаивать на удовлетворении, то драться вам придётся со мной, — развёл я руками.
— Я не дерусь с мальчишками, — с видом собственного превосходства возразил он.
— Боюсь, что у вас нет выбора, Платон Игоревич. Если вы не пожелаете драться со мной на дуэли, тогда я набью вам физиономию прямо здесь и сейчас. И поверьте, в поединке на клинках у вас есть шансы, в банальной драке нет, — говорил я жёстко придав своему лицу пугающее выражение.
Перепалка между девицами потухла сама собой. Троица получившая поддержку воззрилась на нас с чувством превосходства. Люба смотрела на меня с любопытством. Я же пытался понять, что вообще творю и какого собственно говоря хрена.
— Я буду говорить только с тем, кто будет представлять вас, — упрямо гнул своё подпоручик, ничуть не стушевавшись моим грозным видом.
— Он же вам уже сказал, что либо вы дерётесь с ним, либо он поколотит вас.
При звуке этого голоса я едва не поперхнулся. Обернулся к входной двери и едва не уронил на пол челюсть. Да это не столица империи, а деревня какая-то. Причём небольшая. Ну вот откуда здесь мог взяться мой старший брат? Он стоял у входной двери, с парой кадетов за спиной.
— Кто вы? — спросил подпоручик.
— Кадет Агапов Игорь Тимофеевич, старший брат Романа Тимофеевича.
— Отчего же вы не желаете представлять интересы вашего брата?
— Оттого, что я кадет и согласно дуэльного кодекса нам запрещено принимать участие в дуэлях. Чего нельзя сказать о гимназистах, ибо о них упомянуть в законе отчего-то позабыли.
При этих словах сопровождавшие брата однокашники воззрились на него с искренним удивлением. Признаться, я удивился не меньше. Интересно, это он так сильно на меня обиделся и теперь хочет подставить? Или реально верит в то, что подпоручик мне не соперник?
— С каких это пор, кадеты стали прятаться за запретами дуэльного кодекса? — фыркнул Глазов.
При этих словах товарищи Игоря всем своим видом показывали, что полностью поддерживают моего противника. Действительно, какая разница что там запрещает дуэльный кодекс. По негласной традиции многие его положения попросту игнорируются.
Официально за их нарушение следует наказание, которое непременно вносится в послужной список. Но на деле, некоторые из них идут в плюс провинившемуся и наоборот способствуют карьере. К примеру, участие брата в поединке именно, что пошло бы ему на пользу. Разумеется, при условии, что он останется жив. Но отказаться драться… это автоматически переводит его в разряд трусов. Он заболел на голову?
— Не вижу причин нарушать закон, если этого можно избежать, — пожал плечами Игорь.
— То есть, вы не вступитесь за вашего младшего брата? — подпоручик искривил губы в презрительной усмешке.
— Я готов стать его секундантом. Что же до заступничества, то советую вам не обманываться его возрастом, сударь.
— Если не можете драться вы, значит найдите того кто возьмёт на себя этот труд.
— Боюсь, что это невозможно. Если вы не пожелаете драться, то мой брат банально полезет в драку. Поверьте, ему не впервой поступать так. Учитывая же существующий дуэльный кодекс, ввиду вашего отказа от поединка, конфликт будет исчерпан. Так, кто ваши секунданты, милостивый государь? — совершенно спокойно ответил брат.
Они нашлись тут же, двое офицеров, того же полка, что и Глазов. Но прежде чем Игорь приступил к обсуждению условий поединка, я предупредил его, что отбываю в Тулу шестичасовым поездом, и затягивать с этим не стоит. Тот смерил меня взглядом, вздохнул и пошёл беседовать с господами офицерами.