— Вы это прямо сейчас придумали? — с нескрываемым удивлением, спросил капитан.
— Да. Тут ведь ничего сложного.
— Хм. А ведь и правда, Валерий Миронович, ничего сложного. Всё на поверхности. Но вот поди ж ты, — хмыкнул генерал.
— Полагаю, наше знакомство будет весьма интересным, — произнёс капитан.
— Я тоже на это надеюсь. И если вы не против, то завтра, скажем с девяти утра, я мог бы начать посещать завод? — решил уточнить я.
— Приходите. Спросите меня, а я уж приставлю вас к мастеру и можете начинать постигать рабочие специальности…
С завода поспешил прямиком к купцу Трёпову. Я вдруг осознал, что оружейный завод это конечно же замечательно, но реально большие деньги могут оказаться в совершенно другой области. Банальная кукла принесёт колоссальную выгоду. Я это знаю совершенно точно, потому что у самого есть дочь, которая не сразу стала взрослой и директором ТСЖ. Для начала она была ребёнком, подростком, девушкой и только потом женщиной. Хм. А ведь она и сейчас держит парочку своих кукол подальше от детей, как дорогое воспоминание.
— Роман Тимофеевич? Чем обязан?
Купца я нашёл далеко не сразу. Пришлось побегать в его поисках по уже заснеженному декабрьскому городу. Хорошо хоть не вьюжит. Замёрзнуть мне конечно не грозит, но приятного всё же мало. В итоге он обнаружился в ремесленной слободе. Здесь находились его склады, которые он в настоящий момент спешно переоборудовал под какое-то производство, с неслабым таким размахом.
— Не подскажешь, Павел Игнатьевич, что собираешься тут ладить? Вижу даже паровой машиной и станками озаботился.
— Да вот, в народе появилась занятная вещица, и отчего-то совершенно бесхозная. Я и решил поправить это дело. Оформил чин по чину привилегию, теперь буду ладить рукомойники, — пожав плечами, ответил он.
— То есть, сам ты к созданию не имеешь отношения, но подобрал задумку с земли и решил использовать к своей пользе?
— Кто же виноват, что та светлая голова не озаботилась привилегией. А вещица хоть и простая как молоток, да стоит копейки, только нужда в ней будет огромная. Ну и как я мог пройти мимо такой глупости?
— Твоя правда, — не смог я сдержать рвущуюся из меня досаду.
— Мне показалось, или тебя это задевает, Роман Тимофеевич?
— Да так, ничего особенного. Просто вспомнил старую поговорку — век живи, век учись и всё равно дураком помрёшь.
— Ты толком сказать можешь, чего приключилось и зачем ты меня искал? И главное, чего скалишься на меня, будто я у тебя целковый из кармана потянул? — хмуро бросил Трёпов.
— А если потянул?
— Ты говори, ваше благородие, да не заговаривайся. Когда это я успел тебя обмануть, да ещё и обобрать?
— Хм. Проехали. Извини Павел Игнатьевич, коли обидел. Моя глупость, и ты за неё не в ответе. Плохой из меня купец, всегда только руками работать и умел.
— Да ты толком-то сказать можешь?
— Не важно. Я чего узнать-то хотел, Павел Игнатьевич, у тебя есть знакомый купец, у кого изготовление кукол поставлено на широкую ногу?
— Есть такой.
— Доверие к нему имеешь?
— Ну, по рукам, без бумаги, я с ним ударять не стал бы. Ибо закон он чтит, доверие же на слово глупостью полагает. А тебе зачем?
— Задумка у меня одна есть. Как сделать так, чтобы у куклы глаза сами собой закрывались и открывались. А ещё, чтобы она говорила «мама». Как полагаешь, такую куклу стали бы покупать?
— Отрывали бы с руками. Это я тебе как отец дочери говорю. И выбора у родителей не было бы. С мальчишками проще, всыпал ремня, а то и розгами прошёлся, и порядок. А девочки они душу вынимают и верёвки вьют. И ить знаешь что из дому в чужую семью уйдёт, а всё едино к сердцу ближе. А ты и впрямь, что-то такое удумал?
— Удумал.
— Рассказывай.
Ну я и рассказал, и показал свои зарисовки, пояснив, что да как. Он внимательно меня выслушал, огладил свою окладистую бороду и спросил.
— Я так понимаю, ты желаешь в дело войти?
— Либо в дело, либо получать отчисления от продаж.
— А разом плату за идею получить не желаешь?
— Нет. Это меня не устроит. Потому как за годы набежит куда как больше.
— Это да. Только привилегию тебе не оформить, молод ещё, Роман Тимофеевич.
— Батюшка на себя оформит. Опыт есть. Он на три моих задумки уже получил привилегию. Правда, пока толку от того никакого. Вот я и подумал, что надо бы сразу на заводчика выходить.
— Правильно мыслишь. Давай поступим так. Ты хотя бы одну такую куклу сладить сумеешь?
— Прям куклу с фарфоровым личиком или модель, чтобы глазки закрывались и «мама» говорила?