— Чтобы работало.
— Чтобы работало, изготовлю, не вопрос.
— Вот изготовишь, а там глянем как оно работает. И если выйдет ладком, тогда и о деле поговорим. При таких раскладах, я и сам мануфактуру поставлю. Привилегию на меня оформим, а с тобой договор составим об отчислениях с каждой проданной куклы.
Ну что сказать, хватка у купца обзавидуешься. Сразу выгоду учуял. Причём такую, что готов развернуть производство с нуля. Да и стоит ли удивляться, если он подобрал с земли мою задумку и оформил на себя все права. Есть тульский самовар, теперь будет ещё и рукомойник. Кстати, мастерская строится с размахом, глядишь ещё и целый завод получится.
— Вот и договорились. Днями изготовлю опытный образец, — подытожил я.
— Здравия, Роман Тимофеевич, — к нам подошёл мужичок в перешитой на гражданский лад шинели.
— Здравствуй Матвей, — машинально поздоровался я со слесарем, выполнявшим мой заказ по рукомойникам.
— Павел Игнатьевич, не дело десятник удумал. — обратился он уже к купцу. — Я ему говорю, что так не сладится, а он мне не твоего ума дело. А как не моего, коли ты с меня спросишь за работу?
— Погоди с десятником. Ты откуда их благородие знаешь? — удивился купец.
— Так ить, помнишь я про гимназиста говорил, что показал как те рукомойники ладить. Вот он и есть. И после нас с Фадеем свёл, чтобы мы тот торфяной туалет ладили на продажу.
— От-тано как. Ступай к десятнику и скажи, коли не станет делать как ты говоришь, я ему морду набью. Только помни, что если по твоему выйдет худо, то я тебе не просто кости пересчитаю, но ещё и деньгой накажу. Так что, думай, то для дела нужно или чтобы тебе потрафить. Ступай. Роман Тимофеевич, а что это он только что сказал? — уже обернувшись ко мне, поинтересовался Трёпов.
— То что это я для своего удобства сладил рукомойник, а после бросил задумку на земле валяться. Где ты её и подобрал.
— И чего тогда о том молчишь?
— А что говорить? Поезд ушёл. Глупость уже сделана. Урок на будущее. Да и куда мне ту задумку было пристроить? Отец, как я уже говорил, моим идеям особого ходу дать всё ещё не смог.
— Так дело не пойдёт. Меня как только не прозывают, но вором купец Трёпов ещё никогда не был.
— Не бери в голову, Павел Игнатьевич.
— Молод ты ещё меня поучать, ваше благородие. Немедля едем ко мне и пишем договор.
— И чего ты так завёлся? Я же слова тебе не сказал, и дальше не сказал бы.
— А там глядишь обиду затаил бы и ещё чего не сказал бы. А чует моё сердце, сказать ты ещё сможешь много чего. Причём дельного. И интерес мой в том, чтобы те разговоры ты вёл со мной, а не с кем иным, — убеждённо произнёс купец.
Глава 6
Плетью обуха не перешибёшь
— Просто великолепно, молодой человек. Вы и впрямь мастер своего дела. Ваша работа стоит каждой копейки и даже большего. Никакая светопись не в состоянии передать столь чёткое изображение. А уж об остановленном мгновении и говорить нечего, — рассматривая представленные портреты, удовлетворённо произнёс губернатор.
Шестьдесят лет, но всё ещё крепок и здоров как бык. В свою бытность он, как и все его предшественники, служил обычным ратником на границе. Княжеский род Корниловых никогда не пренебрегал службой и его потомки всегда начинали с низов, пробивая себе карьеру умом и мечом. Не без поддержки, конечно же, но этот момент никогда не афишировался.
— Правда, оправа не соответствует содержанию, дорогой, — заметила его супруга.
Она его сверстница, но выглядит моложаво и радует глаз сдержанной зрелой красотой. Всё же хорошо, что они не успели состариться и не пришлось бороться с изъянами их внешности. Не то, чтобы мне с этим не справиться. В конце концов, я не просто погулять вышел, а в прошлом был неплохим художником. Но определённые трудности это доставило бы и возможно не удалось бы избежать фальши. У меня ведь нет под рукой фотошопа, или нейросети, а гиперреализм это всё же не про искусство, а про навык переносить изображение с одного носителя на другой.
— Ты слишком строга к молодому человеку, дорогая. Главное, он сделал, что же до достойной оправы, то как он смог бы угодить твоему вкусу, коль скоро не знает ни тебя, ни твои предпочтения.
— Хм. Ты прав. Я немедленно займусь этим, — она собрала картонки с шестью портретами в папку, и захлопнув её поспешила удалиться.
Ну да. Не стал я заморачиваться с багетами и остеклением. Даже самыми простыми. Не вижу причин для лишних трат, тем паче, что заказчики неизменно упаковывали мои работы по своему усмотрению. Ну и к чему тогда лишние траты, если всё одно всё в пустую?
— Роман, вы позволите назвать вас просто по имени? — решил поиграть в покровителя князь.