Мда. Картина маслом. А Димка-то похоже сильно в себя поверил. Каков наглец, заигрывать с моей крепостной. С одной стороны, оно как бы вольному воля. Но, во-первых, она не свободна, вот покинет окончательно мою постель, тогда совсем другое дело. Правда, тут есть и во-вторых, как я уже говорил, служанку я менять не спешу, а этот ухарь вполне может её отправить за однодворцем.
— Дима, ещё раз увижу, что ты клинья подбиваешь к моей дворовой, руки обломаю, — когда мы сели в коляску, предупредил я.
— Ревнуешь?
— Сдурел?
— Тогда к чему это?
— К тому, что можешь шалить на стороне, но не в доме своего друга. Некрасиво это.
— Понял, не дурак, — примирительно выставил он руки.
— Кстати, Дима, я спросить хотел. А отчего тех же косых не отлавливают, чтобы дать им подрасти в рангах и заполучить карбункул? — когда мы уже тронулись, спросил я.
— Потому что в неволе они не развиваются. Замирают на месте и никакого прогресса.
— А отчего не устроить им заповедник?
— Думаешь ты один такой умный? Устраивали, но без толку. Есть предположение, что обратившиеся развиваются только при смене места обитания. Поэтому они всё время кочуют не задерживаясь подолгу на месте. Вполне могло статься так, что протяни мы хоть день, и тот косой ушёл бы, а мы пошли бы по его следу.
— Но ведь лошади или те же собаки, тоже обращаются.
— Домашние животные никогда не поднимаются выше шестого ранга. В рост идут только дикие или одичавшие. Отчего так, никто не знает, учёные бьются над этой загадкой уже не первый век. Ведь разгадка таит в себе огромные перспективы.
— А как же люди и поганые? — усомнился я.
— Мы другие и у нас всё иначе, — неопределённо ответил он.
— Как-то притянуто за уши. Хочешь сказать, что развитие напрямую связано с разумом?
— Возможно всё именно так, — кивнул друг.
Хм. А ведь в этом есть резон. Мой реципиент не отличался никакими талантами, в то время как я сразу же заявил о себе новом, стоило только матрице моего сознания попасть в его башку.
В усадьбе Зинятовых нас встретили… Да как обычно встретили. Словно и не случилось ничего. Впрочем, для домашних всё обстоит именно так. Никто ведь не в курсе произошедшего. Я по обыкновению оставил дворецкому котелок и перчатки, после мы с Дмитрием перетащили в арсенал ящики с его металлом и разоружились. Разряжать оружие и чистить его будет уже слуга.
Вообще-то жлобство, и мои стволы ожидают моих рук. К слову, матушка и отец тоже никогда не доверяли оружие дворовым. И как по мне, это правильно. Железо должен содержать в порядке пользователь, а не прислуга. А как иначе быть уверенным в том, что оно тебя не подведёт в самый решительный момент. Закон подлости ведь никто не отменял. Как и раз в год стреляющие вилы… или грабли… или палку. Да без разницы, в общем-то.
— А вот и наши мальчишки вернулись. Ну, рассказывайте как прошла охота? — встретил нас Борис Александрович, когда мы после арсенала прошли в его кабинет.
Дмитрий не стал переодеваться, чтобы не заставлять отца ждать. Решил по-быстренькому отстреляться, а там уже оставить нас наедине обсуждать мои вопросы. А родитель-то переживал за сыночка. Вон как обежал взглядом на предмет повреждений тушки. И явно расслабился, не обнаружив оных. Позволять-то в этом мире детям позволяют многое и не трясутся над ними как над тепличными цветочками. Вот только чада свои они всё одно любят и переживают за них ничуть не меньше.
— Мы не мальчишки, — вскинулся Дмитрий.
— Простите, вьюноши бледные, со взором горящим. Ну, рассказывайте как прошла охота, — примирительно улыбнулся Зинятов-старший.
— Лучше не бывает, — ответил я. — Даже, можно сказать, буднично. Дмитрий с лесничим и собаками выгнали косого прямиком на меня, а уж я расстрелял его буквально в упор, после чего добил кинжалом. Вся схватка не заняла и минуты. Правда, было весьма необычно сражаться с зайцами, пока их поводырь приходил в себя от ранения.
— Вот так просто? — в недоверии вздёрнул бровь хозяин кабинета.
— Удача любит подготовленных. А я хорошо подготовился, Борис Александрович. Для начала у меня девятиствольный английский карабин и пара четырёхствольных пистолетов. Кроме того, из вашего арсенала мы прихватили с собой три четырёхствольных ружья и шесть таких же пистолей. И зарядили их не круглыми пулями, а стреловидными.