В идеале я хотел бы, чтобы мой заработок был равен расходам на обучение. Именно поэтому вставал вопрос об повышении квалификации. Сейчас я мог отработать тридцать смен в месяц по сто пятьдесят бонов, получая четыре с половиной тысячи. При подтверждении второго ранга моя ставка увеличивалась на пятьдесят процентов. В этом случае смена могла отойти в двести двадцать пять бонов. Неполные семь тысяч в месяц были привлекательней четырех с половиной. Подтвержденный третий ранг увеличивал зарплату еще на пятьдесят процентов, что выводило заработок за пределы десяти тысяч. Это были уже серьезные деньги и годовой доход в сто двадцать тысяч бонов поднимал мой статус по меркам Мегаполиса на уровень четвертого или пятого этажа. Естественно, что каждый ранг повышал ответственность и объем работы, но и навыки росли, позволяя делать все с большей эффективностью и быстрее. Первые ранги в любой профессии приравнивались к ученику, вторые уже значили больше и равнялись подмастерью. Третий ранг уже был статусным и говорил о том, что перед тобой человек, уверенно владеющий своей профессией. Был и четвертый ранг, говорящий о том, что перед тобой мастер своего дела, но подобные среди работников среднего звена встречались редко, так как после третьего ранга люди обычно задумывались о высшем образовании. Все-таки базы четвертого ранга стоило очень дорого, а прибавка к зарплате было не такой и значительной. Впрочем, человек, отработавший большой срок по своей специальности в третьем ранге и, ставший в своем деле большим спецом, мог сдать на четвертый ранг и без баз, так как порой спецы знали и умели очень много....
В данное время у меня еще был дополнительный резерв возможностей. Когда я отказывался от обязанностей сержанта, то я сознательно ему сказал, что у меня будет восемь часов на камеру, восемь часов на рабочую смену и восемь часов на сон. Здесь я немного хитрил, капитан меня понял, поэтому и вменил мне в обязанность изучение дополнительной специальности. Это было по божески, поэтому я сразу и не пошел в отказ. Дело в том, что восемь часов в камере обучения и сон можно было совместить. Капитан это знал не хуже меня. Сеанс обучения под лекарственным разгоном это конечно не полноценный сон, но, тем не менее, он позволял организму нормально отдохнуть и восстановить силы для следующего рабочего дня. Следовало знать, что долго жить в режиме обучающий транс - дневная работа, вместо нормальный сон - дневная работа, было невозможно. Мозг не компьютер и не искин, поэтому усталость постепенно накапливалась. В этом случае рекомендовалось либо каждый день спать по два или три часа, либо раз в неделю спать полноценную ночь в обычной кровати. Все это варьировало в пределах индивидуальных параметров каждого организма, но общая схема была такова. Именно поэтому я вполне мог позволить дополнительную специальность, подработку, занятие спортом или заняться своими делами. При отсутствии занятий по военным дисциплинам, которые были необязательны и становились для меня необязательными, если я получал дополнительную воинскую специальность, этим временем можно было распорядиться по своему усмотрению. При грамотном распорядке и разумном планировании своего времени это было отличным резервом, которым я собирался воспользоваться. В любом случае, сначала следовало все узнать и попробовать, но я был готов к новым испытаниям, так как они вели меня вперед. Под такие оптимистические мысли в этот день я провалился в сон....
28.
На следующее утро в медицинской части училища стояло настоящее столпотворение, а я мухой летал по своему залу. Пока я не уложил в камеры тридцать человек, предварительно пропустив их через диагностический модуль, Миранда не дала мне даже вздохнуть. У других медтехников было не лучше, нас было всего семеро при десяти залах, причем, шестеро закончили училище в прошлом году. За раз медсанчасть могла взять пять сотен человек на обучение, поэтому работа в медчасти велась круглосуточно и в три смены, обслуживая полторы тысячи курсантов в сутки. В каждой смене не хватало людей, поэтому нам пришлось крутиться в полтора раза больше, чем положено по рабочим нормам. Больных или сложные случаи брал к себе доктор Снайк, работающий в отдельном кабинете. У Миранды так же был свой зал, но в нем, помимо обучающих камер, стояли еще лечебные и регенерационные. Я видел, что и ей, из-за наплыва курсантов, приходится не сладко. Помимо этого в санчасти имелось еще два зала, причем больших, на полторы сотни обучающих камер каждый, сейчас законсервированных, так как в училище был недобор. В общем, даже несмотря на то, что порядок был заведен давно и, каждый знал, что делать, мой первый рабочий день в этом мире, меня прилично укатал. Миранда сказала, что как только диагностика курсантов закончится и, будет составлена индивидуальная медицинская и карта обучения на каждого, накал работы снизиться. В то, что подобная работа может иметь плановый характер, верил каждый, поэтому все впахивали как проклятые, надеясь на будущие спокойные деньки и бонусные доплаты за переработку. Тем не менее в обед, я смог выделить время и сбегать к капитану Стану Роксу, заместителю начальника училища по воспитательной работе. Объяснив ему, что уже работаю в медсанчасти медтехником, я сообщил, что готов взять помимо основной профессии, по которой повышаю квалификацию до третьего ранга, дополнительную. Услышав от меня, что дополнительной профессией будет "оператор боевых роботизированных систем", капитан удовлетворенно закивал мне головой, выражая свое согласие.