Дэвид забрал ее. Дэвид знает… знает все.
Дрожь, зародившаяся где-то в горле, прокатилась по всему телу до самых кончиков пальцев и схлынула. Мэттью поднялся на ноги и снова взял лампу. Медленно, как во сне, он вернулся в гостиную.
— Ну?
— Ее нет, — отозвался он тихо.
— Что?
Мэттью вцепился в металлическую ручку лампы, встречая взгляд Отражения.
— Шкатулки нет. Должно быть, Дэвид забрал ее.
В течение нескольких секунд по лицу Отражения можно было прочесть, как оно медленно осознает услышанное. Как нетерпение сменяет недоумение, а затем — ярость.
— Дьявол! — прошипел, наконец, зазеркальный Дэвид. — Как она… Этого не может быть, — он прижал к лицу дрожащие ладони, бормоча что-то невнятное. —…нет… не может так со мной поступить… Вы хорошо искали?
— В комнате ее нет, — Мэттью устало опустился на кушетку.
— А в мансарде?
— Хотите, чтобы я снова обыскивал вещи Дэвида?
— Это простая просьба! — отрезал Дэвид. Его тон утратил всякую мягкость. Голос звенел и вибрировал на высоких нотах. — Все же так до дьявола просто! Не нужно ни ритуалов, ни молитв, ни испытаний, только открыть шкатулку, а вы и здесь облажались! В жизни не встречал человека бесполезнее!
Мэттью замер, оглушенный. Он совершенно растерялся от этой атаки. Спина задеревенела.
— П-послушайте, Дэвид, я же…
— Вы же! Вы! Это все — ваша вина! — вскрикнуло Отражение, окончательно теряя над собой контроль. Его глаза яростно сверкали. Мэттью показалось, если бы Дэвид мог — он бы бросился на него с кулаками. — Если бы вы не появились, ничего бы этого не было!
В груди что-то больно кольнуло. Мэттью сжал зубы, вперив взгляд в пол. Тело охватила дрожь. Теперь он просто не смог бы встать и подняться по лестнице в мансарду, даже если бы очень захотел. Ноги не слушались, колени превратились в вату.
— Черт бы вас побрал, Мэтти! Вы должны были стать залогом моей свободы!.. Сделайте же что-нибудь! Она не могла…
— Могла, — произнес голос Дэвида за спиной Мэттью, и тот вздрогнул, как от попавшей за шиворот ледяной воды. Раздавленный чувством вины и яростной отповедью, он даже не услышал, как скрипнула дверь. Настоящий Дэвид, во всяком случае — материальный, стоял на пороге в своем обычном пальто с поднятым воротником. В руках он держал небольшую корзину, которую Мэттью приметил в кухне еще днем. И вид у Дэвида был вполне будничный. Словно он гулял по бульвару на Манхэттене, а не бродил по ночному лесу без фонаря или лампы.
Повисла пауза. Воздух в комнате сгустился, как перед грозой, и никто не решался произнести ни слова, чтобы оно не обратилось в громовой раскат.
В этой напряженной тишине Мэттью переводил взгляд с Отражения на Дэвида и замечал все больше мелких различий. В манере держаться, в том, как падают пряди волос, в овале лица. Детали столь крошечные, что он ни за что бы никогда не приметил этой разницы, глядя на них поодиночке. Он даже сейчас не был до конца уверен, что ему не кажется. Что это не его страстное желание хоть как-то различить две совершенные копии играет с ним злую шутку.
— Уходи, — произнес Дэвид-в-пальто, опустив корзину на пол. Внутри что-то стеклянно звякнуло. Мэттью невольно стиснул подлокотник дивана. — Не вы, Мэттью.
Только в этот момент он окончательно признал, что не спятил. По крайней мере — не один. Дэвид тоже видел обитателя зеркала. Мэттью перевел взгляд на Отражение, ожидая не менее страстных возражений, но оно лишь спросило:
— Ты это всерьез? Это… твое решение?
— Это и твое решение. Пора принять последствия. Уходи.
И Отражение пропало. Молча. И даже не взглянув в сторону застывшего перед камином Мэттью.
— Вы чего сидите в темноте? — буднично спросил Дэвид, запирая дверь и сбрасывая пальто.
— Электричества нет, — и прибавил без паузы: — Вы объясните?
Мэттью дрожал. От мысли, что Дэвид снова сделает вид, что ничего не было, что не будет никаких ответов, его затошнило.
— Разве у меня есть выбор? Но прежде нам нужен свет, — и Дэвид вновь распахнул дверь.
Мэттью вскочил:
— Не смейте меня бросать!
Дэвид обернулся. На его губах была улыбка. Не насмешливая, не издевательская. Немного грустная, но все же теплая улыбка.
— Я и не собирался. Ставьте чайник. Он вскипеть не успеет, как я вернусь.
И он исчез в темноте ночи, не утруждая себя тем, чтобы взять керосинку. Словно его невероятное самомнение достаточно освещало дорогу.
Мэттью еще несколько мгновений пялился в дверной проем, потом перевел взгляд на зеркало, но в нем отражалась лишь обшитая деревом стена. Медленно и неуверенно он взял керосинку и прошел в кухню. Кофейник так и стоял на плите. Мэттью зажег газ, прикурил от конфорки, сел за стол. Пальцы слегка дрожали, но он не чувствовал страха. Кажется, он не чувствовал вообще ничего. Только усталость.
Зажмурившись, он попытался собраться с мыслями. Ему предстоит многое прояснить. Задать немало вопросов. Но на ум приходил лишь один: «Что, черт возьми, происходит?».
Заурчал, нагревшись, кофейник, когда лампа под потолком вспыхнула, озарив кухню теплым желтым светом. Тьма отхлынула от окон, и Мэттью почти физически почувствовал облегчение. Спустя пару мгновений скрипнула входная дверь.
Дэвид подошел к раковине и принялся мыть руки. Вслед за ним в кухню проник тяжелый запах бензина или чего-то похожего.
— Нальете мне кофе? — попросил Дэвид, стягивая с крючка полотенце. Мэттью кивнул и поднялся. Выключил газ, рассеянно наполнил две керамические чашки. Вопросы медленно наполняли его голову, сталкивались, переплетались.
«Кто это был?»
«Почему он вас послушал?»
«Где шкатулка?»
«Где были вы сами?»
«Что, черт возьми, происходит?»
— Спасибо, — Дэвид отодвинул стул и откинулся на спинку, делая глоток кофе. Вид у него был мирный. Расслабленный. Почти беззаботный. Мэттью так же молча сел за стол. К кофе он не притронулся. Напиток просто не лез в горло.
Вернув чашку на столик, Дэвид закурил и протянул портсигар Мэттью, но тот никак не отреагировал. Он смотрел только в лицо Дэвида и, наконец, с видимым усилием разлепил губы:
— Кто это был?
Дэвид вздохнул, с шумом выпустив из себя воздух. Дым из его губ завитками поднялся к потолку, на мгновение скрыв от Мэттью внимательные зеленые глаза.
— Это Дэвид.
— Но… — Мэттью не нашел слов. Только ощутил, как внутри словно что-то щелкнуло, становясь на место. Сердце застучало быстрее. Его взгляд лихорадочно обшаривал лицо сидящего напротив человека. Теперь Мэттью не мог поверить, что принимал его за мужчину.
— Кристал? — произнес он шепотом.
Она улыбнулась.
========== 16. Кристал ==========
На некоторое время в комнате воцарилось молчание.
Разгадка должна была все расставить по местам, но вместо этого только сильнее его запутала. Мэттью сидел, глядя на колышущуюся дымную завесу перед лицом Кристал, и в голове его была полная сумятица. Сейчас казалось очевидным, что перед ним — девушка. С тонкими запястьями, с изящным лицом и нежной кожей без тени щетины. Прическа, хрупкость фигуры не зря казались ему женскими. Они и были женскими. И Мэттью никак не мог поверить, что заблуждался так долго.
С другой стороны, еще час назад у него не было ни малейших сомнений, что рядом с ним находится мужчина. Он и сейчас смог бы найти тому подтверждение. В походке, мягком, но низком голосе, темных бровях и овале лица. В широких плечах. В полном отсутствии даже намека на грудь, наконец.
Ему вдруг подумалось, что это — очередная игра Дэвида. Уловка. Его просто дурачат.
Кристал — Мэттью было сложно называть ее так даже мысленно — тем временем невозмутимо потягивала кофе, следя за его лицом. В ее взгляде было искреннее любопытство.
— Как… — начал Мэттью и не нашел слов. — Как?
Она усмехнулась.
— Я даже не знаю, что вам ответить.
Мэттью потер лицо руками и взял сигарету из оставленного на столе портсигара.