– Так, еще раз, – сказала она нервно. – Кто вы такой?
– Вы не захотите иметь ко мне отношение, – произнес я твердо. – Послушайте, давайте так. Если вас смущает этот разговор – можете немедленно прервать связь, я больше вас не побеспокою. Если нужна консультация насчет меня – обратитесь к Шанталь, но она сама ничего не знает. Вы слышали про виртуальную реальность под названием Версиана?
Бледность ее пальцев, едва не раздавивших смартфон, ответила мне ярче всяких слов. Юлия знает про Версиану. Конечно, не играет сама и вряд ли имеет свой костюм. Для подобной бизнесвумен это даже неприлично. Но об особенностях игры она осведомлена очень даже хорошо. В частности – о необъятных возможностях для слежения.
– Если вам нужна помощь, то я готов ее предоставить, – осторожно сказал я. – Что-то подсмотреть, что-то выяснить – и, как вариант, кому-то сообщить. Вам известна специфика игры. Она никак не влияет на реальный мир. Поэтому, что бы я ни делал, вы к этому отношения не имеете.
Юлия продолжала молчать.
– Перед вами на столе разложены бумаги, – продолжал я.
– Что? Откуда вы знаете, что у меня на столе?!
– Юля, все хорошо. Я просто могу использовать возможности Версианы для вас. В ней нельзя укрыться, но можно использовать эту ее особенность себе на пользу. Давайте так. Если у вас есть проблема, которую вы не можете решить обычным путем, но она решается необычным, – просто выберите из листков бумаги перед вами любой, который относится к проблеме. Плавно положите на него ладонь. Если не хотите это делать – шлите меня к черту.
Юлия медленно отставила смартфон. Я знал, что играю с огнем, но был уверен: клан Делаж имеет долгую историю именно благодаря готовности членов семьи к авантюрам.
Раскрытая ладонь Юлии легла на один из листков. И вокруг женщины образовалось зеленоватое свечение.
А передо мной появилась надпись:
Получен классовый квест.
Помогите Юлии Делаж перехватить
компромат у компаньона.
– Спасибо, – проговорил я, обалдев от увиденного. Ощущение собственной ничтожности перед Версианой охватило меня, и я с трудом его рассеял.
Убрал сианофон, подошел к столу, чтобы лучше просмотреть листок. Повинуясь импульсу, отключил режим арт-объекта.
Бот Юлии Делаж поднял на меня глаза. Моим присутствием она была совсем не напугана.
– Кто вы? – спросила она. – Вы пришли от него?
Я протянул руку, чтобы взять листок, и Юлия вздрогнула, едва не съежившись. Но я лишь плавно сгреб бумагу, смял перчаткой, попутно сканируя написанное.
– Нет, – сказал я. – Не от него. Но он до вас не доберется, кем бы он ни был.
Глаза женщины наполнились надеждой.
Я отвернулся. Теперь отступать некуда. С итогом моего безумного поступка все может решиться как угодно – но пусть игра меня сотрет, если я не выполню обещание, данное боту.
Глава 9
Фальшивая фотография
Гулять по Ленинградскому проспекту ради самого процесса мне прежде не приходилось. В Москве всегда можно было найти более подходящие места, чтобы, сунув руки в карманы плаща, не спеша прохаживаться по городу, бесцельно глядя перед собой, превратив все вокруг в сплошной аудиовизуальный фон. Когда нужно подумать – самое то. Тот же Кутузовский мне всегда казался красивее. Во время прогулок по нему, особенно при свете высоких фонарей, можно было вдохнуть полной грудью атмосферу перспектив и помечтать о будущем. Виды широких многополосных дорог, чистота, симпатичные здания, запах большой воды и поглядывающие едва ли не из облаков окна небоскребов Сити.
Но сейчас я решил просто пройтись от «Сокола» и «Аэропорта» к центру.
Здешние пейзажи оказались больше приближены к тому, что средний житель города вынужден наблюдать ежедневно. Сейчас мне хотелось ощутить себя частью большого муравейника. Спальные районы, низенькие табачные лавки, приткнувшиеся за остановками, торговые центры с рекламными щитами, половина из которых давно утратили актуальность. И здесь мне было намного удобнее размышлять над тем, во что же я ввязался, согласившись помочь тете Шанталь.
Судя по тому, что сама Шанталь меня еще не вызвонила с обещанием страшных мук до смерти и после, наш с Юлией разговор остался в секрете. Или же меня забанили, пометив как опасного психа.
Чтобы разрешить квест, требовалось быть еще большим психом, так что не страшно.
Это мне давало кое-какой простор для действий. Оставалось продумать, для каких именно.
Я вывел в воздушное пространство перед собой копию листка со стола Юлии. Казалось, он все еще хранит отпечаток ее ладони. Их руки были похожи, отчего эффект вмешательства в чужие семейные дела лишь усиливался. Содержание листка для меня было чехардой бюрократической писанины, вырванной из контекста, а то и вовсе его не имевшей. Выражения вроде «автоматизация проектов» мне ни о чем не говорили. И все же Версиана посчитала этот листок достаточно значимым, чтобы выдать мне классовый квест. Юля верила, что в нем сокрыто нечто, за что можно загреметь за решетку.