– И заодно сесть за нелегальный огнестрел, – усмехнулся стример. – Конечно, если бы он у меня был… И сорвать операцию спецназа. Спасибо, нет. Пусть профессионалы работают. Почему ты сам в реале не помог, Арбестер? Ты же такой смелый.
– Моя помощь уже не нужна, – спокойно ответил я. – Пока мы с тобой разговариваем, в Москве тот командир группы захвата, что сейчас в фургончике внизу, изучает данные анонимного звонка, в котором до мелочей указывались тип дверного замка, планировка квартиры, сведения о захватчике и жертве. А также данные о принятых им веществах и сроке их действия.
Я указал на стол перед диваном. На столе лежал шприц.
– Захват состоится через несколько минут, – продолжил я. – Он пройдет гладко и успешно. Невинные не пострадают. Но ты прав, тебе действительно нечего было вмешиваться. Ты мог даже не приезжать. Как ты верно сказал – пусть работают профессионалы.
Меркуцио вырвал из-под стола табуретку. Сел на нее, забарабанил по ней пальцами.
– Ну хорошо, – произнес он. – Что тебе надо?
– Мне нужен коллективный квест, – сказал я. – На группу в несколько сотен человек. Квест, транслируемый из Москвы в Версиану, в котором все присутствующие получат по очку талантов. Ты ведь хочешь этого для своих ребят?
Меркуцио прекратил кошмарить табуретку, подвигал языком за щекой. Я чувствовал, как у него в голове со скрипом вращаются винтики. Самостоятельная активация квестов – это то, чего Меркуцио должен был хотеть больше всего на свете. Не считая, конечно, «Феррари» и «беретты» в реальности. Он подмял под себя целый игровой класс – и не знает, что с ним делать. Это Бурелом мог просто расслабиться и радоваться жизни. Щеголеватый франт передо мной так не умел.
– Что происходит, Арбестер? – спросил он.
Я озадаченно показал по сторонам и ответил:
– Игра.
– Большая игра, – то ли подтвердил, то ли не согласился со мной Меркуцио. – Чересчур большая. И кто-то из нас о такую игру обломает себе зубы. Что вы с Шанталь задумали?
Я помолчал. Если Меркуцио задает такой вопрос для себя – это одно дело. Если для «Сианы» – совсем другое.
– Шанталь недовольна, – сказал я. – Ей не понравилось, что некоторые письма отсылает она, а ответы на них приходят тебе. Меркуцио, тебе точно нравится работать перемычкой между «Сианой» и остальным миром? Даже представить не могу, что ты с этого имеешь. И не говори, что ты человек на зарплате. Не твой уровень.
– Не знаю, о чем ты, – дернул плечом Меркуцио. – И не интересно.
– Озвучивать обновления к игрушке – это уровень пиар-отдела, – сказал я. – У «Сианы» его нет, насколько мне известно. Если этим занимаешься ты – что ж, так тому и быть. Ты выбрал для себя роль комментатора событий, которые проходят без твоего участия. Потому что сам на них не влияешь. Но автономная генерация квестов для себя и целого класса – это то, что заставит людей воспринимать тебя всерьез. Так что не делай вид, будто тебе мое предложение не интересно.
– И как ты собираешься помочь мне с генерацией квеста? – спросил стример.
– Скрытые возможности класса Лимитчиков, – ответил я. – Того самого класса, который ты в начале релиза публично объявил отмененным. Посему ты не сможешь объяснить своим, кто я такой, не слив собственной же репутации. Посему ты и не будешь даже пробовать что-то объяснять. Либо принимай мое предложение как есть, либо не принимай. Нет – я отнесу предложение Коренным.
– Коренным? Не Бурелому?
– С Буреломом мы уже отработали. Все остались довольны.
Меркуцио поднялся, пнул несчастную табуретку обратно под стол, где она и упала. Оперся спиной об угол шкафа, сложил руки на груди. Выражение его лица вкупе с внешним видом были настолько колоритными, что мне захотелось сфотографировать его и повесить картину в Фойе.
Хотя я знал, что Меркуцио при каждом просмотре такого кадра, еще и на фоне обшарпанного жилья, будет продолжать швыряться стульями направо и налево.
– Знаешь, Арбестер, – сказал он, – я пришел в Версиану, чтобы играть. И очень не люблю, когда она играет в меня. А сейчас в меня играешь ты. Верно?
– Мы все друг друга используем с первого часа бета-теста, – ответил я. – Это и есть социализация.
– Хорошо, допустим. – Меркуцио нервно потер губу. – Ладно, спрошу прямо. Какого черта тебе делать в штабе «Сианы»?
Мое сердце упало вниз, но я не подал виду. Знал, что, если продолжу молчать, стример продолжит говорить. Слишком он был взбудоражен.
Так оно и оказалось.
– Я действительно получил письмо от «Сианы», – подтвердил он. – Долго думал. Шанталь, оказывается, предложила им провести тот же «Версикон», только снова в реале и на их собственной базе. Никто не знал, где она. И что самое странное – Шанталь сама же предложила расстелить на входе в здание красную ковровую дорожку, через которую грациозно пройдет в танце со своим кавалером. Арбестер, я не вчера родился. Нетрудно тут понять, что этот кавалер – ты.