Я будто уменьшилась до размера моллюска и осталась без защитной раковины. Рядом с Эваном стала маленькой, уязвимой, напуганной происходящим, но не смеющей показать свой страх.
Не оставляло ощущение, что это связано с тем поцелуем. И с чего я только решила, что всё обойдётся?! Эван отстранил Джул на неделю за её выходку на «Золотом стиле». Почему со мной всё должно быть по-другому? Хотелось вцепиться в руководителя, умолять не идти к отцу с компрометирующей информацией. А ещё лучше — отмотать время назад и поговорить с Эваном сразу же, объяснить, что мне не составит труда сделать вид, что ничего не было.
Нет.
Лучшим исходом было бы вообще никогда не подниматься на крышу, не подходить к младшему партнёру, не просить его о помощи, не разговаривать с ним, не касаться чёртовой темы…
Лифт пискнул и раскинул двери. Эван вышел первым, его широкая спина казалась такой неприступной, что у меня подкосились ноги. Я оглядела прозрачные офисы, мимо которых мы проходили. Стёкла предоставляли возможность подсмотреть частичку чужой рабочей жизни. И хотя люди занимались своими делами, разбирали бумаги из прошлого века, давали распоряжения секретарям, быстро набирали что-то на клавиатуре, мне казалось, словно они знают, что происходит. Одна я остаюсь в неизвестности.
Когда мы подошли к кабинету отца, меня затошнило от волнения. Такое хмурое лицо мне никогда не доводилось у него видеть.
— Эрин, — кивнул он, когда мы с Эваном зашли. От меня не укрылось, что младший партнёр поспешно закрыл за нами дверь, будто не хотел, чтобы этот разговор кто-нибудь услышал.
— Что-то случилось. — Я не спрашивала, это было очевидно.
На висках уже немолодого гендиректора седины стало отчётливо больше, его глаза впали, морщины под ними вздулись, словно вены, напитавшись чужой кровью и нервами. Отец поманил меня рукой. Я нетвёрдым шагом подошла к его столу и встала напротив монитора компьютера. Руперт нажал кнопку «проиграть» и выжидающе уставился на меня.
— Скажи, это ты?
Мне показывали запись с камер наблюдения. На картинке отображался тот день, когда я оставалась в «Берлингере» на ночь, чтобы доделать базу клиентов. Вот я лениво что-то набираю на клавиатуре, разглядывая экран монитора красными от усталости глазами. Сонно тянусь, встаю из-за стола, ухожу из зоны видимости видеокамер, которые располагались в коридоре и запечатлели лишь небольшой кусочек офиса.
— Да, это я, — сглотнув, подтвердила.
— Ты уверена? — словно давая мне последний шанс, уточнил Эван.
— Да.
Отрицать было бессмысленно. Все знали, что это я.
— Эрин, в ту ночь с твоего компьютера произошёл слив конфиденциальной информации «Берлингера».
Я уставилась на запись, поставленную на паузу. Картинка была цветной, но рассыпалась небольшими шумами, не дающими взглянуть на ситуацию через призму хорошего качества.
Слив?! С моего компьютера?! Да что за бред!
— Вы же не думаете, что это я? — уточнила, с удивлением разглядывая лица мужчин.
— А кто? — Отец выжидающе уставился на меня.
— Не знаю, но не я же! У вас ведь есть запись с камер, может кто-то зашёл, пока меня не было. И воспользовался моим компьютером.
— Мы просмотрели запись от начала до конца. Кроме тебя, этой ночью к компьютеру никто не подходил, — бесстрастно проговорил Эван.
Я покосилась на его спокойное лицо и разозлилась только сильнее.
— С чего вы взяли, что слив был с этого компьютера?!
— Команда программистов отследила следы хакера, — выдержано ответил отец.
— Это не я сделала! Да я в компьютерах-то ничего не понимаю!
Руперт и Эван молчали, тем самым показывая, что не верят моим словам. Или хотят поверить, но… не могут.
— Вы издеваетесь? — мой голос дрогнул. — Я стольким рискую, находясь здесь. Неужели я бы стала крысячить?
Они переглянулись, будто решали, кто из них сейчас обрушит на меня зловещие, ранящие в самое сердце слова. Честь негласно выпала Эвану.
— Ты появилась из ниоткуда, внезапно воспылала любовью к артефактике и сразу наметилась в «Берлингер».
— Появилась из ниоткуда?.. — Я потрясённо уставилась на отца. — Из ниоткуда?! Я вообще-то двадцать лет как твоя дочь!
— Слив произошёл в период с часа до половины второго ночи. В это время за компьютером была ты, — спокойно продолжил говорить Эван.