Артефакт хаоса
Глава первая
Простота хуже воровства – так говорили ещё древние расы. Ещё они говорили, что любопытство – не порок. Настоящие трепачи, разве нет? Пони всю жизнь мне говорили, что хорошо, а что плохо, и я знал, что они правы. В их жизни эти правила работали. Делай то, что любишь, умеешь и живи счастливо. Всё бы ничего, если бы моим призванием не было воровство. Вот и как тут жить по общим правилам? Метка на крупе изображала маску. Тем, кто спрашивал о ней, я говорил, что это моё врождённое обаяние и шарм. Отчасти это было правдой: я умел сыграть нужную роль в нужное время, дабы создать необходимое впечатление. Таким образом удавалось скрывать свой настоящий талант долгое время, пока отец не нашёл украденные деньги из одного магазина. Мне тогда удалось тщательно спланировать время и действия для кражи, поэтому никто даже не заподозрил меня, а вот дома состоялся очень неприятный и громкий разговор.
Проблема была не столько в том, что я – вор, сколько в его положении. В нашем посёлке он был главным инженером-изобретателем. Его копыт дело — паровой двигатель для машин, чтобы исчезла необходимость в магии, улучшенная мельница, производящая больше муки и так далее.
- Это не твой талант: это идиотизм! Ты крадёшь у других то, что они заработали! – Отец был справедливо разгневан. Его серые глаза приобретали зелёный оттенок, когда он злился.
- Ты сам прекрасно знаешь, что у меня нет других талантов. Что тогда, по-твоему, означает это? – Повернулся к нему боком и кивнул в сторону метки. Единственное, что можно противопоставить отцу в такие моменты – логика. Отговорки и оправдания лишь сильнее разозлят. Этот ответ я всегда держал наготове.
Отец фыркнул, после чего отвернулся к двери. Сделал несколько шагов к ней, вернулся, затем опять подошёл к двери. Его гнев не стихал: он не мог со мной ничего сделать по многим причинам. Одна из них – я не так давно стал взрослым, и отец сам буквально на днях объявил о том, что теперь моя судьба только в моих копытах.
- Стил, ты хоть понимаешь, что встал на скользкую дорожку? Если тебя поймают – отвечать будешь перед принцессами. А если ты будешь объявлен вором – ты потянешь за собой и меня! – Всё же он успокаивался, но недовольство продолжало гореть в его зелёных глазах.
- Я не только ворую. У меня хорошо получается находить необходимое. Ты же помнишь, как у меня получалось доставать для тебя материалы, поней или идеи. – Отец закатил глаза и тряхнул коричневой гривой.
- Я помню. — Он поморщился. – Только теперь я сомневаюсь, что эти вещи были результатами твоих трудов. Даже сомневаюсь, сами ли братья Флим и Флэм догадались до моей машины для сидра.
Тут я и правда сильно постарался: продал за кругленькую сумму неполные чертежи. Флим и Флэм были единорогами, а значит у них была магия. Мне оставалось только переделать чертежи, удалив из них всё, что могло исключить магию и добавить колёса, дабы мобильность полностью отвела глаза от схожести прототипов. Было непросто, и я просидел несколько ночей над этим, но чертёж вышел идеальным.
- Пап, не говори ерунды. – Оскорбился я натурально. Маски эмоций отрабатывались мною годами тренировок перед зеркалом и понями. Но отец даже не собирался верить мне.
- Я не верю тебе больше. Завтра же уходи из посёлка. Уверен, что это не твоя первая кража, а значит ты однажды попадёшься. Я не хочу иметь к этому никакого дела. Проваливай! – Он резко повернулся и вышел из дома. Сейчас пойдёт в мастерскую, где будет чинить что-то. Он всегда спускал эмоции за работой. Я же действительно начал собираться. Спорить с ним или оспаривать его решение глупо. Он, конечно, сказал всё это на эмоциях, но, тем не менее, он будет в дальнейшем мешать мне заниматься делами: начнёт контролировать, узнавать, проверять, куда я хожу. А я не терплю тотального контроля.
Всё детство я учился жить самостоятельно на случай, если придётся выживать вне общества. Вот и настало это время. С собой взял лишь необходимое: немного орехов, яблок и деньги, скопленные за годы. Во второй сумке уместил бумаги, перья с чернилами, отмычки и нож. А также одежду, скрывающую мою голубую шерсть и коричневую с голубым просветом гриву. Я решил, что не буду ждать завтра: в посёлке больше нет смысла оставаться.
Собравшись и закинув сумки на спину, отправился к вокзалу. Когда я сбыл чертежи машины для сидра, Флим рассказал о том, что они с братом некоторое время жили в деревушке, находившейся на севере Эквестрии, за Кантерлотом. Он также сказал, что там есть кое-какие руины, куда пони опасаются ходить. Я же вместо этого услышал, что есть место, где может быть что-то ценное, а пони не хотят это проверить. Так что первым делом стоит проверить именно такие места.