Зебр указал копытом на циновку. Видимо, указал, где сесть. Я повиновался. Он покинул хижину и оставил меня одного. Мигом оценив ситуацию, прошёлся глазами по хижине. Сражу же нашёл кладовку и ринулся к ней. Внутри я нашёл знакомые сумки. Проверив их, убедился, что абсолютно всё на месте, кроме найденного рисунка и амулета. Видимо, всё-таки они обыскали меня. Закрыв кладовку, вернулся на циновку. И очень вовремя. Дверь открылась и в хижину вошла белая пони с рыжей гривой. Я несколько опешил, увидев её. Она была обвязана листьями, а голову прикрывала чем-то в виде обруча, закрывающего её гриву от солнца. Она внимательно посмотрела на меня и дружелюбно улыбнулась. Видимо, она и была шаманом: ведёт себя уверенно и старается не испугать. Пройдя к котлу, сняла глиняную крышку и зачерпнула в чашку что-то. После чего протянула мне.
- Что это? – Я взял чашку в копыта.
- Гумана писало, Тукетон. – Она продолжала улыбаться. Улыбка указывала скорее на проявление дружелюбия. Не подозревая ничего страшного, я принюхался. Зелье пахло травами. Пожав плечами, выпил всю чашку, стараясь не думать о вкусе или запахе. И хорошо, что не стал. Меня моментально начало дёргать. Шаманка ловко подставила горшок, и меня обильно стошнило в него. На какой-то момент показалось, что тошнило меня час. И, к сожалению, не только тошнило. Зелье наверняка было очистительным.
В какой-то момент я потерял сознание. Тело больше не чувствовалось. Открыв глаза, увидел себя на зелёной поляне. Повсюду пахло цветами, и солнце светило привычно. Видимо, я был в Эквестрии. Но это была не она. Белая пегаска стала передо мной и что-то шептала. Я не мог даже приблизительно разобрать, что она поёт, но в какой-то момент он повернулась ко мне крупом. Невольно мне удалось увидеть её крепкие ноги и круп. Хвост шаманки начал медленно подниматься. Я хотел было отвернуться, но почему-то не мог. Любопытство брало верх, и внезапно я почувствовал, что лежу на земле. Шаманка, видимо, лягнула меня обоими копытами. Сейчас же она стояла, наклонившись надо мной.
- Всё в порядке. Не бойся.
Видения кончились так же внезапно. Я открыл глаза и увидел, что повсюду горят лучины, а сам я лежу на другой, чистой циновке. Очнувшись, попытался подняться и тут же упал. Ко мне тут же подошла шаманка.
- Ну куда ты, куда? Лежи, не двигайся. Радуйся, что жив остался. – Она помогла улечься снова.
- Что? Я… я понимаю тебя?
- Нет. Это я теперь понимаю тебя. Наш язык ты будешь учить долго, а так у тебя будет хоть какая-та возможность говорить с нами. – Она говорила всё это сухо и уже без улыбки. Видимо, общение через мимику закончилось. Всё же я сел, потому что лежать порядком надоело.
- На, поешь. Три дня пролежал, я уж думала, что тебе конец.
В миске лежало что-то, напоминавшее кашу. Запах был фруктовый, но с примесью трав.
- Я был настолько плох? Вода не показалась мне отравленной. И то я на всякий случай сделал только полглотка. – И принялся за еду. Шаманка рассмеялась.
- То-то ты ещё живой. Обычно, никто не выживает после воды из мёртвой речки. Ладно, давай проверим твоё состояние. – Она села передо мной. Белая шерсть, рыжая грива… Белые крылья. Я никак не мог понять, почему она такая.
- Состояние не очень – я вижу тебя как в своём видении. Ты белая и рыжая. И пегас.
Кобылка погрустнела.
- Всё нормально. Я действительно так выгляжу. Но давай о тебе. Тебя как зовут?
- Стил Тул. Я сюда прибыл… не по своей воле. – Еда оказалась вкусной, но очень лёгкой. – А можно ещё каши. Я вообще не понял, съел что-то или нет.
- Это не каша. Это было лекарство, чтобы ты не нервничал. А то вдруг ты после астрала буйный.
Я слабо посмеялся, чтобы показать своё расположение. Как никогда нужно применять свои навыки общения.
- Дай поесть, пожалуйста. А то ты сейчас убедишься, что я и без успокоительного свалюсь.
- Именно поэтому и дала. С голода все звереют. Подожди немного. – Она поставила горшок на место, где был большой котёл. Внизу была небольшая дыра, из которой шёл огонь. Видимо, печка была сделана в земле, чтобы не занимать много места. Запах еды чуть не свалил меня с ног, живот издал очень громкое рычание, от которого шаманка подскочила.
- Ну ты и рычишь. Совсем оголодал. На, закуси пока. – И протянул мне манго, которое я с жадностью сжевал. Буря в животе улеглась, и я совсем расслабился. Пегаска тем временем опять принялась изучать меня. Осмотрела мои глаза, зубы, копыта и гриву, после чего прощупала пульс. Финальным моментом было, когда она положила копыта мне на виски и закрыла глаза. Через некоторое время она отошла.