О, еще бы.
– Абсолютно, капитан, – выдавила я. – Я же не хочу осквернять ваш прекрасный, предсказуемый корабль своим непредсказуемым присутствием.
Он замер. Его глаза, серые и холодные, как космос за иллюминатором, сузились. На секунду мне показалось, что я увидела в них что-то кроме льда. Что-то вроде искры любопытства. Или раздражения. С ним было сложно понять.
– Ваше присутствие на борту санкционировано командованием Федерации, – отчеканил он, снова превращаясь в голограмму устава. – Ваша работа важна для миссии. Но на моем мостике и во время высадки вы подчиняетесь моим приказам. Без импровизаций. Я не могу позволить вам поставить под угрозу жизни моего экипажа из-за вашего… энтузиазма.
Вот так вот. Прямо и по делу. «Мой экипаж». Я в него, видимо, не входила. Что ж, ничего нового.
– Энтузиазм – это двигатель прогресса, капитан. Без него мы бы до сих пор сидели на деревьях и ели бананы.
– На Зетре-7 нет ни деревьев, ни бананов, доктор. Только руины и радиационный фон. Ваша задача – изучить первое. И не получить смертельную дозу от второго. Все просто.
Он повернулся к экрану, демонстративно закончив разговор. Беседа окончена. Капитан удалился в свою вселенную порядка и контроля.
Я постояла еще секунду, глядя на его спину, потом развернулась и побрела обратно к своей лаборатории. К своему хаосу.
– Ну что, Борис, – сказала я, снова шаря в недрах спектрометра. – Кажется, наш дорогой капитан считает меня этаким непослушным щенком, который нагадит в его стерильные тапочки.
«Анализ вашей метафоры не соответствует санитарным нормам корабля, доктор Кейн».
– О, да ты у меня сегодня философ, – усмехнулась я.
Но внутри все клокотало. Этот человек, Арион Векс, со своими шрамами на лице и, как я подозревала, на душе, был для меня загадкой. Вызовом. Он видел во мне угрозу, сбой в системе. А я видела в нем… крепость. Самую неприступную и самую интересную крепость во всей этой галактике.
Я взглянула на главный экран в своей каюте. Зетра-7, мутно-зеленая планета, медленно приближалась.
«Ну, капитан-заноза-в-заднице, – подумала я, возвращаясь к проводам. – Посмотрим, что ты скажешь на мои «несанкционированные открытия». Может, твои уставы и протоколы не готовы к такому, но, черт возьми, я не могу дождаться, чтобы увидеть твое каменное лицо, когда это «несанкционированное открытие» все таки произойдет».
Дорогие девочки, пожалуйста поддержите мое новое начинание своими лайками и комментами, мне будет очень приятно! Надеюсь вам понравится!
Глава 2
Зетра-7 встретила нас как и предполагалось – пейзажем в стиле «постапокалиптический парк развлечений». Серо-бурая пустошь, усеянная обломками того, что когда-то было, вероятно, очень внушительными зданиями. И ветер. Пронизывающий, злой, гоняющий тучи едкой пыли, которая скрипела на зубах.
– Красота же, правда? – выдохнула я, зачарованно глядя на гигантскую арку, наполовину ушедшую в грунт. – Чувствуешь? Дыхание веков!
Рядовой Нортон, мой «телохранитель» на время высадки, только хмыкнул и поправил шлем. Судя по его позе, он чувствовал только желание, чтобы это «дыханье веков» поскорее закончилось.
Наш маленький отряд – я, Нортон и еще двое таких же угрюмых солдат – пробирался к намеченному сектору. Капитан Векс, естественно, остался на «Стелларисе», отдавая приказы через комлинк своим металлическим голосом. «Держаться маршрута». «Не отклоняться». «Докладывать о малейшей аномалии».
Аномалия – это я. Иду и докладываю.
– Векс, тут на третьем уровне западного руинного кластера наблюдаю интересные эрозийные узоры на камне. Похоже на следы кислотных осадков, но структура…
– Доктор Кейн, сфокусируйтесь на основной цели, – послышался в шлеме его ровный, безразличный голос. – Биологические образцы.
Черт возьми, да он просто невыносим! Какие, к черту, биологические образцы, когда тут целая цивилизация под ногами!
Я нарочно начала комментировать каждую трещинку, каждый камушек. Просто чтобы услышать, как он вздохнет у меня в ухе. Это было странно забавно – выводить из себя этого железного человека.
– Ой, смотрите, местная флора! – воскликнула я, указывая на жалкий, чахлый лишайник, проросший у подножия очередного обломка.