- То есть? - Я мгновенно напряглась, почуяв недоброе.
- Это на счет твоего заточения. Но пока я не располагаю достаточным временем для разговора, он может затянуться.
- Хорошо, когда поговорим? - Тревога возросла, но я мгновенно одернула свое нетерпение.
- Не уходи надолго из комнаты, хорошо? - Попросил принц.
- Постараюсь. - Я кивнула, не став для разнообразия, ерничать. - По крайней мере, я дождусь твоего официального введения в права будущего супруга. Не верю в твое откровенно кристальное признание, пока не увижу и не услышу воочию. На сколько часов растянется сие удовольствие?
- Практически до самого утра. - У Фадора видимо закончилось время, и он стал нервничать всерьез, постоянно поглядывая в сторону зала.
- Иди уж. - Отпустила я принца.
- Слушай, - Фадор коротко кивнул, - у меня и впрямь уже нет времени. Ты можешь спокойно и без всяких опасений оставаться проявленной со стороны гостей, наблюдать за течением бала. Можешь и уйти, когда надоест. Только загляни утром. Это важно.
- Я тебя услышала. - Кивнув, я отпустила мужчину, понимая, что его рассказа я дождусь непременно. Он меня дико встревожил и настроил на будущие неприятности. На душе заскребли кошки от неприятного предчувствия.
- Только не торопись тревожиться. - Попытался успокоить меня принц.
- Заметно? - Я скептически вздернула бровь. - Расслабилась, забываю, как держать лицо. - Посетовала я, дабы разрядить накалившуюся обстановку. - Вот завтра и поймем, какой уровень тревоги включать.
- Не то чтобы очень заметно. - Льстец в лице Фадора поднял голову, решив подсластить горькую пилюлю. - Ты неплохо держишься.
- Иди уже. - Оборвала того я, не желая выслушивать череду столь необоснованных комплиментов.
Не став больше задерживаться, Фадор живо сбежал к своей новоявленной невесте. Оставшись снова в одиночестве, я с неприязнью обратила свой взор в сторону зала. Да, я просила показать мне бал местного масштаба, но сама никогда не посещала подобных празднеств в бытность свою при дворе брата. Ну не мое это. Ощущать ненавидящие взгляды, буравящие спину. Братик, убирая неугодных ему людей, оставлял при дворе их жен и дочерей, которые доподлинно знали, чьими руками произведена очередная зачистка. Конечно, я могла не обращать внимания на подобные взгляды, совесть меня не мучила. Однако балы я не любила. Чересчур гнетущая обстановка вокруг не способствовала расслаблению и наслаждению музыкой и танцами, и всегда действовала на мою психику отрицательно. К тому же я не любитель праздных шатаний в потемках, пьяных обжиманий позади колонн, да глупого хихиканья над такими же глупыми и бездарными комплиментами. Всегда отдавала предпочтение умным людям, обремененных наличием здравомыслящих мозгов. При этом наличие танцевальных умений не обязательно, я и сама не блистала подобным умением.
Подобное происходило со мной и сейчас. Я, передернув плечами от прошедшей по спине неприятной волне неудобства, все же настроилась выдержать хотя бы несколько часов в обществе этих разодетых и безмозглых людей с титулами. В зале по-прежнему играла ненавязчивая музыка, бродили парочки, скрываясь в темноте колонн, танцевали более строптивые, судачили меж собой гости в годах. Я безошибочно в этой круговерти обнаружила Хрвазза на небольшом возвышении и в окружении его дочерей. Все девицы, высокие, кроме одной, стройные, с горделиво поднятыми головами, настоящих цариц. Все хорошо одеты, сообразно теперешней моде, практически не скрывающей полноты груди и словно обтекающих тело тканей. Подобный фасон сложно назвать именно платьем, скорее уж цельные куски ткани, обволакивающие фигуру и не дающие возможности скрыть огрехи последней. Для меня девицы на выданье выглядели весьма эффектно, но не ярко, в отличие от приглашенных гостей женского пола. Те щеголяли настоящими роскошными, даже чрезмерно, туалетами. Вот последнее чувство такта в принцессах мне и понравилось. Хрвазз привил своим дочерям подобие природного вкуса, коим явно обладал и сам.
Претенденты толпились несколько в стороне от возвышения, негромко переговариваясь и поглядывая в сторону своих будущих избранниц. Возле приезжих принцев наблюдались и старшие представители посольств, коим было поручено выполнить основную работу по устройству судеб своих подопечных. В отличие от принцесс, объединенных родством, соискатели на руку и сердце, являли собой толпу разношерстную и одетую согласно моде, принятой в их вотчинах. Я мгновенно узнала представителей Небесного края, их наряд даже в мое время, считался из разряда, вырви глаз. Остальные принцы оделись не настолько чопорно и пышно. Решили все же оставить собственную внешность приоритетной в выборе девушек или что более верно, их отца.