- Какие чувства после пятисот лет забвения? - Искренне удивилась я, не собираясь быть снисходительной к отцу.
- Сколько?! - Призрак ошеломленно уставился на меня своими выпуклыми глазами, впервые показав истинное лицо старого уставшего от жизни человека, коим он был перед самым своим низложением. - Ты что несешь?
- Если ты заметил, я вызвала тебя из небытия...
- Я не слепой. - Огрызнулся мужчина, вернее его полупрозрачное подобие. - Только и ты на призрака не похожа.
- Не похожа, - утвердительно кивнула я, - однако, прошло уже пятьсот лет.
- Камень дает бессмертие? - На лице призрака появилось задумчивое выражение.
- Что, жалеешь, не сам пошел на обряд? - Фыркнула я, с презрением скривившись.
- Нет, камень не сможет принять взрослое тело, чересчур неподатливый футляр. А ребенок еще растет и в этом его основное достоинство. - Отец охотно раскрывал тайны, явно до конца так и не поверивший в мое мнимое бессмертие.
Однако и я задумалась над его словами. Мог ли артефакт, растворенный в моем организме повлиять на мое долголетие. Не думаю, что хранителей камня удовлетворила бы моя смерть. А так они убивали нескольких зайцев. Во-первых, камень надежно спрятан в теле воинственной девы. Во-вторых, меня вовремя заточили в башню, подальше от всех охотников, способных уничтожить пусть и достаточно осторожную девицу. Получается в окружении брата всегда присутствовал соглядатай, незримо следующий за мной и отслеживающий все мои передвижения. Подобный расклад оказался неприятным открытием. Получается, меня заточили не просто из-за неприязни моей снохи. Вот почему башня настолько пластична, податлива, услужлива, предупредительна.
- Вижу, тоже не вольна в своих желаниях, - фыркнул призрак, обнажив верхние клыки, всегда бывшие выдающимися у нашей породы. Этих клыков не избежала и я, хотя скалилась достаточно редко, не любила показывать звериную сущность.
- Это уже не твоего ума дело, - огрызнулась я, невольно обратив внимание на бледное лицо Фадора, с широко раскрытыми глазами следящего за нашим разговором.
Бледность моего принца удивила. Я не думала, что мужчина окажется настолько, впечатлителен. Подумаешь, мое заточение не простые происки охочей до власти стервы, а расчетливые формулы хранительниц артефакта крови. Камень оказался и, правда, весьма важен для сохранения стабильности мира. Это многое объясняло. Мое долголетие, терпимость к одиночеству, отсутствие депрессий, истерик, откровенное нежелание покончить с жизнью, упорное самообразование, а еще интерес к оружию и способности к самосовершенствованию полученных боевых навыков, интерес к окружающему миру и его изменениям, упрямое совершенствование теоретических основ магического направления. Единственное, что мне физически так и не далось - это магия, но и это сейчас можно объяснить. Камень магический артефакт, не допускающий моего соприкосновения с волшебной мощью, так как его наличие в моей крови уже означало магию и оттого блокировало любые попытки к обращению к силе.
Оставались только два невыясненных обстоятельства, которые не вписывались в общую картину. Первое - мои реинкарнации, камень не должен был допускать моей смерти и особенно перемещения души в другое тело. Второе - придет ли кто за камнем, кому-то он ведь нужен. Вряд ли тайну камня похоронили вместе со мной, кое-что могло просочиться в мир, хотя по его укрывательству старались изумительно.
Некоторые аспекты явно мог прояснить принц, который давно собирался серьезно со мной поговорить, да все случая подходящего не выпадало. Расчетливо, с далеко идущими планами взглянув на фадора, перевела взгляд на отца.
- Думаешь, как от меня избавиться? - Призрак хрипло рассмеялся, верно, оценив мой уверенный азартный взгляд. - Или ждешь, когда проявится твой любовничек?
- Сомневаешься в моих силах? - Я была спокойна и непробиваема для сарказма дорогого родителя. Он и в детстве особо не мог на меня воздействовать, что говорить теперь, когда тот потерял физическую оболочку.
- Нет, просто не ощущаю их. - Отец не стал особо ерничать, как и использовать свои основные навыки по мороку. - А о твоем участии в покушении на меня знаю. В тебе сила от матери, а ее эманации помню наизусть.
Сила. Я прищурилась, задумчиво глядя на отца. Она исчезла только после моего заточения. До этого момента я свободно владела стихией воздуха, чувствовала связь с магией, могла пользоваться, не задумываясь о последствиях. Башня закрыла доступ неспроста. И видимо законсервировала не только меня, но и мои способности, дабы не дать возможность найти артефакт ненужным людям.