– Два динара! – вскричал молодой человек, – да это же сущий грабеж! Вы хотите обмануть меня!
– И так вам много предлагаю за такой пустяк! Она не стоит ничего! – немного занервничал торговец, поэтому и решил помочь вам!
Молодой человек выхватил вещь уже кружившуюся в пальцах торговца и посмотрел злобным взглядом.
– Вы подлый обманщик! Вам я не отдам ничего!
Торговец, не ожидавший такого поворота, удивленно уставился на него. Он думал, обмануть этого лоха ему удастся просто. А молодой человек тем временем повернулся и решительно пошел прочь.
– Обождите! – закричал он, – возможно, я не смог сразу оценить все достоинства этой вещи!
Но молодой человек, кинув презрительный взгляд на ненавистного лавочника, он уже третий раз сталкивался с ним и его беспримерной скупостью, решительно двинулся дальше.
– Обождите! – закричал торговец и с несвойственной для его преклонных лет скоростью догнал потенциального продавца, – что же вы так горячитесь! Вот же молодая кровь! Давайте еще поговорим. Я дам вам целых пять динаров!
Лицо торговца исказилось от жадности, он сказал даже больше, чем предполагал, но отступать уже было поздно.
– Вы хотите купить такую вещь за гроши? – изумился мужчина.
– Достопочтенный сер Крикет да Молатори сен Луис, – в отчаянии закричал торговец начавший понимать, что такую вещь ему будет сложно купить так дешево и его потенциальный лапух, наверняка уже советовался с кем-то насчет ее настоящей ценности.
– Эта вещь даже не серебро! – как один из самый весомых аргументов, вскричал он.
– О да, именно поэтому она и имеет ценность. Она сделана с невероятным искусством! – вскричал сер Крикет. Он уже много раз зарекался не ходить к этому лавочнику. Тем более, когда он однажды увидел, как одна из его вещей в лавке выросла в цене в более чем десять раз. Тогда лавочник стал сбивчиво объяснять, мол, как трудно продавать вещь и она может лежать годами, пока не придет нужный покупатель. Но этот момент молодой человек запомнил и уже не так доверчиво слушал опытного обманщика и хитреца.
– Молодой человек! – в отчаянии воскликнул торговец и остановился – он боялся далеко уходить от своей лавки. Ему хотелось сейчас приобрести вещь. Платить – не хотелось.
Молодой человек оглянулся и остановил симпатичную на вид девушку, явно из богатой семьи.
– Девушка, вы прекрасны! – воскликнул он, – ваша краса ярче солнца! Но вы станете солнцем из солнц, если наденете эту вещицу. Примерьте!
Девушка не ожидавшего встретить тут поклонника остановилась и ошарашено уставилась на молодого человека. В руке молодого человека блеснул странный предмет из неизвестного металла.
– Вы сияющая богиня победы! – воскликнул молодой человек, – возьмите предмет.
Тоненьким пальчиками девушка очень осторожно взяла предмет. Он приятно холодил пальцы.
– Сто пятьдесят динаров и он ваш!
Торговец сзади заскрипел зубами, да так сильно, что казалось этот звук, достиг конца рынка.
– Сто пятьдесят? – переспросила девушка, устремив свои прекрасны глаза на мужчину.
– Да, но вам я отдам за сто тридцать.
Девушка повернулась к слуге:
– Мне он понравился. Но возьму за сто.
– Хорошо, – согласился молодой человек.
Тогда девушка обернулась к сопровождавшему ее слуге, и бросила:
– Рассчитайтесь!
Тот хотел было возразить, но девушка так выразительно посмотрела на него, что тот моментально достал деньги.
– Завтра она собиралась поехать в Константинополь. К родственникам. И, ей очень хотелось удивить своего поклонника этой необычной безделушкой, а заодно и вызвать зависть родных.
Она и предположить не могла, что вскоре к городу подступит войско крестоносцев, возьмет его штурмом и разграбит. Она сама, богатая дочь одного из приближенных византийского императора погибнет в одном из пожарищ.
Шел жестокий 1204 год от Рождества Христова.
Глава. Банкир
– Хотел бы, чтобы я простил тебе долг и еще дал денег? Без возврата? – он произнес, все это, не оборачиваясь. Будто вопросы были адресованы не ему.
Ганс от неожиданности в первые секунды просто не мог вымолвить ни слова. В чем подвох? Это какая-то более изощренная ловушка? Он уже несколько минут стоял у двери кабинета заимодавца и ждал. Ждал, пока тот отвернется от окна, в которое последний смотрел, куря эту ненавистную трубку.