Выбрать главу

– Ох, – застонал он и попытался подняться.

Иван, кавалер Марины в растерянности смотрел на него.

– Помоги! – крикнул Сергей. Тот кинулся подымать своего начальника и собутыльника. Марина же схватила руку подруги – бежим!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Преображение

Глава. Преображение

Минуты могут бежать быстро, а могут ползти как черепахи. Так было и у Марины мир внутри был очень быстрым по сравнению с ее физическими движениями. Все, что произошло она делала и в то же время смотрела как будто сбоку, извне.

У порога они оглянулись – Иван уже помог подняться своему начальнику, но сделав шаг, тот взвыл – видимо сильно ушиб ногу о стул.

– Что ты сделала? – выронила Эльза.

– Потом объясню! – выплюнула Марина.

– Стоять я сказал! – завопил улан, – стойте шлюшки!

– Бежим скорее! – вскрикнула Марина.

Они выскочили на улицу. Буря, как часто это бывает, была сильной, но недолгой. Они кинулись к воротам.

И снова Марина услышала отчаянный крик внутри:

– Помоги! Помоги мне!

– Обожди меня чуть-чуть, – быстро прошептала Марина подружке и подбежала к клети. Яростно сорвала черное покрывало…

И снова как сильный физический удар – взгляд черных глаз.

Луна после грозы вынырнувшая на небо ярко осветила сцену. Яркий, холодный свет проникал сквозь прутья освещая цыгана. Марина будто сбоку видела себя и клетку с цыганом.

– Разрежь веревки, – снова раздался знакомый голос внутри. Резкий, не терпящий возражений.

– Ножа нет, – вслух ответила Марина.

– В волосах найдешь.

– Что?

– Нож.

Марна сунула руку в свои волосы.

– Не тормози, – прошептала все тот же голос. – В моих. И кляп из-за рта вынь.

– Уф! растерялась, – Марина быстро вынула кляп, и разрезала одну из веревок, освободив цыгану руку.

– Теперь я сам все сделаю, – прошептал быстро цыган. Она впервые услышала его голос, но было ощущение, будто она давно его знала. Именно знала. Не слышала а знала давно. Он такой был, она слышала его когда-то очень давно.

– А как же прутья? – Марина уставилась на толстые в большой палец железки клетки.

– Справлюсь. Бегите. Дальше я сам.

– Как ты это сделаешь? А ты кто? Кто такой? – она скептически осмотрела его фигуру.

– Прогони подругу, – вместо ответа бросил цыган, – не нужно, чтобы она видела.

Марина посмотрела на цыгана – это был невысокий, щупленький паренек, почти подросток. Правда, крепкого телосложения, но такие прутья даже здоровые мужчины не смогли бы отогнуть.

– Прогони подругу, – прошептал он. – скажи, чтобы убегала быстрее!

Марина оглянулась – Эльза стояла у ворот.

– Беги, я догоню!

Эльза кивнула головой и скрылась за воротами.

– Ты можешь тоже уйти. Или хочешь на меня посмотреть?

– На тебя смотреть?

– Да.

– Зря затеяли. Тебе не выбраться. Да и если б ты был голый, так может, интересней было, – Марина нервно хихикнула. Ее игривость и тут сыграло глупую шутку. Она совершенно не хотела ничего подобного сказать.

– Сейчас ты меня увидишь. Настоящего, – усмехнулся цыган, – если не боишься.

– Не боюсь! – храбро бросила Марина.

– Тогда держись!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Невр*

Глава. Невр*

Огромный страшный волосатый зверь с мощными руками-лапами вырастал на глазах. Наполовину человек, наполовину волк или медведь. Наконец чудовище встало в полный рост. В свете полной луны он был ужасен и… прекрасен! Одновременно!

Марину пробила дрожь. Первобытный ужас нахлынул и тут же схлынул обратно. Потом пришло ощущение. Цветы, поля, желтеющая нива с тысячами колосьев, сладкозвучная птаха и просто невыносимо сладко-чудесное благоухание природы. Отголоска Рая. Все встало перед ней с этой грозной силой. Рядом стояло доисторическое чудовище. Оно пугало и одновременно влекло.

Иногда люди некоторые мгновенья живут обычным ритмом, другие ощущаются, тянутся медленно, а третьи… за третьи понимаешь многое. Моментально. Как стопку книг, которую ты взял из рук библиотекаря, и в тот же миг прочитал ее всю. Испытал все эмоции, заложенные в тексты: любовь, огорчение, ожидание, облегчение. Весь спектр эмоций! Так и тут Марина почувствовала – в ней что-то изменилось. Мгновенно.

Зверь, будто это не были толстые прутья, а озерные камыши раздвинул их и вышел из клетки. Потом, обернувшись снова также аккуратно, почти идеально возвратил их на прежнее место.